На изнанке чудес

– Вот он, червь, разъедающий изнутри наше славное общество! – возгласил старик, всем своим видом выражая ярость и негодование. Куцая бороденка затряслась, кустистые брови сошлись у переносицы. Его высокопарную речь бесцеремонно прервали.

– Так червь или котенок? – хихикнув, поинтересовался кто-то. – Или, может, лягушка? Вы уж определитесь!

Ему не верили. Да и как тут поверишь, когда внешность у обвиняемой точно с картинки списана. Ни намека на уродство, ни единой морщинки. Одним словом, цветущая слива. Будь Пелагея, к примеру, старой каргой с тремя зубами, крючковатым носом и проплешиной, ее бы, пожалуй, охотнее приняли за ведьму.

Но нужно постараться. Яровед должен заставить их поверить. Иначе плакало его безбедное житьё на всём готовом.

– Попомните мои слова, – зловеще изрек он. – Эта ведьма уничтожает арний. А сомневаетесь – так проверьте, коль не боязно. Рано утром на крыльце ее дома будет лежать убитая птица.

Старик обернулся к мэру.

– Пригласите газетчиков из «Южного ветра», пусть знают, кто такая Пелагея, – сказал он, с отвращением выплюнув ее имя.

А затем погрозил мужикам кулаком. – Ух, маловеры! Завтра сами убедитесь!

– Ну-ну, – одними губами проговорила Марта. Она очутилась в кабаке по чистой случайности. Ее, как и прочих, непогода загнала под крышу «Синего маяка», где волей-неволей пришлось слушать болтовню Яроведа. Накрыв голову глубоким капюшоном накидки, она расплатилась за пиво и незаметно выскользнула под дождь.

25. Тайные планы

Огонь тихо рычал за каминной решеткой.

Укрощенный зверь, готовый в любую минуту явить свою истинную сущность. Он грыз поленья горячими зубами, метался из стороны в сторону и плевался искрами в дымоход.

А Пелагея тем временем заварила в чайнике душицы с шалфеем, извлекла из печи извечный румяный пирог и собрала друзей за столом. Казалось, еще никогда не было так уютно.

Юлиана, которая недавно жаловалась на сонливость, «ватную» голову и утверждала, что у нее не варят мозги, теперь получала удовольствие от своих неповоротливых мыслей и была рада предаться блаженной лени.

Тем более что все вернулись домой невредимыми. Только Марта где-то пропадала.

Пирог с Кексом, как обычно, крутились у ног Пелагеи, ожидая, что им перепадет со стола. Но потом оказалось, что крутятся они на самом деле у ног Рины, которая еще не успела переодеться. Знакомый запах многоярусной юбки сбил их с толку.

– Рина останется здесь. Другого выхода я не вижу, – сказала Пелагея, поднося ко рту кусок пирога.