На изнанке чудес

– Елисей, чем ты занимаешься? Почему до сих пор не вернул буквы на место?! Почему буквы на соплях, спрашиваю?!

Младший брат Василисы сутулился, втягивал голову в плечи и сбивчиво объяснял, что стремянка слишком мала, а клея раздобыть он не смог.

Сестра ударила Елисея по лбу свернутой в трубку газетой.

– Что ты там мямлишь? Клей? Стремянка? Какая бессмыслица!

Елисей пригнулся, и на сей раз удар газетой пришелся по его печатной машинке. А гнев Василисы сменил направление.

– Пересвет, увалень, почему чаи гоняешь? Готова статья?

– Готова, готова, – примирительно отозвался тот, протягивая начальнице пахнущий чернилами листок.

– Ух я тебе! – замахнулась Василиса. – Твоё дело выполнять приказы начальства. И не заниматься во время работы посторонними делами! Я тебе за что плачу?!

Она вырвала листок из рук Пересвета и бегло просмотрела статью.

– Ужас, – вынесла приговор Василиса. – Переписать!

Когда она умчалась из кабинета, хлопнув дверью, Пересвет с Елисеем дружно вздохнули.

– И почему только моя сестрица такая склочная? – задумчиво изрёк Елисей. – Готов спорить, в погоне за сенсацией она не остановится ни перед чем. Кстати, за статью, которую ты сейчас пишешь, – тут он понизил голос до таинственного шепота и наклонился к столу Пересвета, – ей обещан сумасшедший гонорар! Да не кем-нибудь.

– После моей статьи, – точно таким же шепотом отозвался Пересвет, – никто не посмеет укрывать у себя сбежавшего управляющего. Думаю, на это и весь расчет.

Он огляделся, достал из рюкзака бутерброд и слопал его в один присест. А затем вставил в печатную машинку пожелтелый лист и принялся что-то увлеченно строчить. Елисея так и подмывало заглянуть ему через плечо, но он крепился из последних сил. Лишь когда на столе Пересвета собралась приличная стопка, ухитрился незаметно стащить верхний лист.

– Ого-о-о! – протянул он с восторгом. – «Книга правды»? Неплохо звучит!

– Это рабочее название. – Пересвет попытался отобрать у Елисея листок, но тот отбежал подальше, к окну, и оттуда процитировал пару строчек.

– Ого! Да ты писатель! – изумился он. – И какой! Если книга пойдет в массы, восстание обеспечено.

Пересвет подскочил к нему и выхватил листок.

– Ладно, ладно. Только сестре ни слова.

– Ясное дело! Ты писатель.