На изнанке чудес

– А там, на окраине, – она указала в противоположную сторону, – дома отверженных.

– Отверженных? – переспросила Теора.

– Они выступили против сноса своих старых хижин и отказались переехать в многоэтажные дома. Три и пять этажей – это сейчас для горожан привычно. Еще отверженные ведут собственное хозяйство и не работают на фабриках с утра до ночи. Говорят, они все с особенностями. Ну, ты понимаешь.

Теора кивнула, хотя ничегошеньки не поняла.

– Пойдем к отверженным, – попросила она. Пелагея пожала плечами.

Капли звонко ударялись о сатин, стекали по куполу зонта и, зависнув на кончиках спиц, падали под ноги. У Пелагеи вымок низ юбки, но ее это ничуть не смущало. На свой мокрый подол Теора тоже решила не обращать внимания.

На окраине они столкнулись со старушкой, чье лицо было изборождено морщинами, как высушенный абрикос. Доисторическая старушка оказалась на удивление резвой. Она преградила им дорогу, промычала что-то невразумительное, а потом с места в карьер призналась, что помнит незапамятные времена, когда страной правил мудрый король.

Затем она молниеносно перескочила к теме печенья. «Отверженный» старик с покладистой седеющей бородой, прятавшийся от дождя в беседке, наблюдал за нею и похохатывал, из чего Пелагея нерешительно заключила, что у него тоже не все дома. Наконец старушка убежала в свою убогую хижину, и бородач перестал хохотать.

– Дорофея, – сказал он довольно бодрым для старика голосом. – Местная сумасшедшая. Да только вы ее не бойтесь.

Произошло в точности так, как предсказал бородач. Дорофея выбежала под дождь с подносом, полным круглого, пузатого печенья, и протянула его с отсутствующим взглядом. Пелагея с Теорой переглянулись, но всё же последовали совету старика.

Когда они возвращались, разглядывая каждая своё печенье, дождь припустил с удвоенной силой, так что даже зонт не спасал. Пришлось переждать под навесом, где, на скамейке, вязала какая-то женщина с бородавкой на носу.

– Вы от Дорофеи? Бедолага недавно спятила, – сказала она. – Раньше любила по грибы поздно вечером ходить. Встретила на дороге Мерду – и умом тронулась. Вы бы, девоньки, на дорогу после заката не ходили. Целее будете.

Теору передернуло. Пелагея тем временем разломала печенье и обнаружила внутри свёрнутую записку.