Брежнев и Я

А я то думал, что он уже всё… старый маразматик! А он что… ещё повоевать решил? Решил таким вот образом, мол, через аморальное поведение, почистить ЦК и Политбюро? Надо каяться пока не поздно!» – И у каждого из «товарищей» скакнуло давление. И каждый из «товарищей» был готов упасть на колени перед «дорогим и горячо любимым» и начать каяться. Что вот: так вот – и так вот, как-то нечаянно получилось, это всё она начала, простите, чёрт попутал… Черненко, ближе всех сидевший к журнальному столику, взял со стола стакан с боржоми и большими, нервными глотками осушил его.

Он решил начать первым, решил начать первым каяться, разоружаться перед партией. Ему подумалось, что именно этот факт, что он начнёт первым и убедит Леонида Ильича в его полнейшей искренности. Он встал, собрался с мыслями и уже было открыл рот…

И только один из всех присутствующих, а именно пресс-секретарь, знал, что вопрос адресован именно ему.

– Да, Леонид Ильич, – с теплотой в голосе ответил Песков, – парень у нас растёт.

Дмитрием назвали. Тоже вот хочет космонавтом стать. Хорошо учится… – Отвечал Песков Брежневу, всё это время прикрывая микрофон трубки ладонью.

Брежнев, как ему показалось, очень внимательно выслушал его ответ, а потом по-отечески, несколько нравоучительно произнёс:

– Ну, в детстве мы все хотим быть космонавтами, а потом работаем там куда Пария пошлёт!

Все присутствовавшие товарищи с облегчением выдохнули и закивали головами. А Черненко подумал, что сегодня он, как никогда, был близок к провалу… А потом «товарищи» почти что в один голос заговорили:

– Всё правильно, Леонид Ильич, куда партия пошлёт там и надо трудиться! Значит там и есть наше место.

После чего Брежнев, на секунду задумавшись, ясно, отчётливо произнёс, обращаясь к Пескову. Чем немало удивил всех присутствующих. Потому что они за этим ясным и чётким голосом уловили полнейшую ясность мозга Леонида Ильича.

– Муслим?.. Муслим пусть подождёт. Я ещё раз хочу послушать эту хорошую песню, про этого замечательного человека и выдающегося политического деятеля.

– После этих слов довольная улыбка возлегла на уста Леонида Ильича.

Песков от его слов пришёл в некоторое недоумение и замешательство: «Что за песня? Песни с таким названием, а тем более с таким длинным названием сегодня, на концерте не объявляли». – Но Брежнев, как всегда, держал всё под контролем. Мельком бросив взгляд на растерянного пресс-секретаря он тут же оценил ситуацию.