Брежнев и Я

Он стоял и вовсю напрягал свой слух боясь опять попасть в неловкое по-ложение, пропустить какие либо слова обращённые к нему. А в зале, в это время, всё продолжали не стихать бурные аплодисменты. Как вдруг!

– Дорогой Леонид Ильич! – тут, надо прямо сказать, неожиданно, раздался голос за спиною Пескова. Он обернулся и увидел перед собою двух пионеров, мальчика и девочку. Лет так двенадцати – тринадцати, держащих в руках букеты цветов. Вслед за пресс-секретарём обернулся и Брежнев. По его щекам катились слёзы. Песков быстро сообразил в чём дело: достал из кармана пиджака носовой платок и протянул его Леониду Ильичу.

Брежнев сначала не понял его жеста. Но после того как Песков многозначительно посмотрел на него он всё понял. Взял платок протянутый ему пресс-секрета рём и вытер им глаза и щёки.

Пионеров не учили, что может возникнуть вот такая ситуация: когда им придётся видеть Генерального Секретаря ЦК КПСС всего в слезах. Руководитель хора, а так же представители комсомола, партийных органов и КГБ тщательно проинструктировали их что им надлежит будет сделать и как себя вести с дорогим и любимым Леонидом Ильичём.

А тут вдруг такая непредвиденная ситуация. Но советские дети были очень сообразительны и они пошли, что называется, на «второй заход».

– Дорогой Леонид Ильич! – громко, с выражением произнесла девочка, – вот! – И дети одновременно протянули оба букета Брежневу. Брежнев принял букеты, а потом слегка наклонил их в сторону Пескова. Пресс-секретарь нежно принял букеты из рук генсека и продержав их несколько секунд в своих руках аккуратно, с любовью положил на журнальный столик.

На котором уже лежала открытая пачка сигарет Мальборо и зажигалка. После чего метнулся, за спиною Брежнева, к краю ложи и кому-то там, в зале, помахал рукой. Аплодисменты сразу же стихли.

– Спасибо… тронут, очень тронут, – по отечески, с теплотой в голосе поблагодарил Брежнев детей. И дальше он решил пообщаться с ними.

– Как зовут тебя, девочка? – спросил Брежнев, как можно более ласково.

– Валя Тютина! – бойко, без тени стеснения ответила девочка.

И улыбнулась Брежневу красивой, чистой улыбкой. Каковой могут улыбаться только дети.

– Хорошее имя. А ты знаешь кого ещё у нас в стране зовут Валей? – продолжил дальше беседу Леонид Ильич.

– Знаю, Валентину Терешкову, – продолжая улыбаться генсеку ясным, чистым голосом ответила девочка.

– Правильно, – одобрительно сказал Брежнев, – а кем ты хочешь стать когда вырастишь?

– Ткачихой! – не задумываясь ответила девочка.