Меч некроманта

Тот, кто о нем слышал, наверняка должен был обойти его стороной.

— А он?..

— Смело вперся в нежданный лес, причем, по главной дороге.

— То есть он и его маленький спутник… они погибнут? – спросил Хромоногий.

— Не думаю, — ответил Проломленный Череп. – Мне кажется, они вывернутся. Если, конечно, он именно тот, кто нужен нашему Повелителю.

— А если нет?

— Тогда мы продолжим наши поиски.

— Значит, нам надлежит отправиться в погоню, — с энтузиазмом воскликнул Широкая Кость. – Думаю, через некоторое время…

— Никаких погонь, — заявил Проломленный Череп.

– Мы не станем терять на это время и силы. Я знаю дорогу, по которой мы обойдем лес стороной и перехватим наших беглецов на выходе из него. Просто и изящно. Причем без малейшего риска.

— Погоди, — удивленно сказал Хромоногий. – Но как это получится? У них приличная фора по времени. Они пойдут через лес напрямик, а нам придется его обходить по окружности…

— Так это нежданный лес, — объяснил Проломленный Череп. – Лес странных сюрпризов. Очень странных сюрпризов.

Там даже время может идти немного по-другому. Будьте уверены, мы успеем.

39.

— А если я обзову тебя кретином? – поинтересовался джинн. – Что ты скажешь на это?

— Ничего, — ответил дракон.

Кажется, он при этом еще и пожал плечами. Правда, определить случилось ли это, было невозможно: джинн видел лишь голову собеседника.

— То есть я могу обзывать тебя сколько душе угодно? – спросил он.

— Да запросто, — дракон криво ухмыльнулся. – Правда, при этом ты должен помнить о том, что у меня чудесная память.

Кажется, заглянув мне в голову, ты проинспектировал и ее. Нет?

— Нет.

— Жаль. Иначе ты мог увидеть в каком образцовом состоянии она находится. Причем, часть, касающаяся неоплаченных долгов, содержится в особом порядке. Время от времени, опасаясь забыть какое-нибудь имя, я делаю в ней смотр. Видишь ли, это мой принцип: платить все долги. Все.

— Наверняка, она переполнена? – спросил джинн.

— Переполнена? О нет. Она, можно сказать, пуста. Если точнее, она была пуста до недавних пор.

Теперь в ней появилось одно имя. Я буду беречь его как зеницу ока и не забуду ни за какие коврижки.

— Всего одно, — улыбнулся джинн. – Да ты образец добродушия. Хотел бы я иметь только одного врага.

Впрочем, улыбке его заметно недоставало сердечности и настоящего веселья. А едва произнеся слово «врага», джинн и вовсе согнал ее с лица.

У него появилось ощущение, что ситуация к веселью не совсем располагает.

— Один, один, — подтвердил дракон.