Меч некроманта

Но все-таки, все-таки… Если до сих пор у него еще были сомнения, то договор с посланником уничтожит их окончательно. С тем светом – не шутят. И есть прегрешения, которые не отмолишь, хоть всю жизнь проведи на коленях.

Надо ли, стоит ли мараться?

Сделав еще один глоток из бокала, он поставил его на стол, рядом с собой и, сев поудобнее, улыбнулся. На этот раз —, впервые за последнюю пару часов от души.

Стоит ли раздумывать над задачей, имеющей всего лишь одно, хорошо известное тебе решение?

Ну, откажется он. И что будет дальше? Посланник пойдет к его конкурентам.

Интересно, как они их используют?

Ну да, ну да, верно. Себе на пользу, ему — во вред. И значит, отказавшись, через некоторое время он неизбежно разорится, не выдержит конкуренции.

Так о чем тут думать?

21.

— И все-таки, — сказал Хромоногий, – не нравится мне это.

— Что именно? – поинтересовался Широкая Кость.

— Все.

Сказав так, Хромоногий от избытка чувств сделал над головой широкий взмах копьем и добился того, что два сидевших неподалеку от него на ветвях душительного дерева скользящих узлика, на всякий случай перебрались повыше.

— Каким это еще «стандартам»?

— Обычным. Принятым во всем мире. Мы должны щелкать челюстями, невнятно рычать, двигаться как марионетки, управляемые пьяными или обкурившимися кукловодами, и вести себя очень глупо.

— Кое-кто этим рецептам и следует, — встрял в разговор Проломленный Череп.

— Чья бы корова мычала… — пробормотал Хромоногий.

Проломленный Череп сделал вид, будто его слова не услышал. Он шел первым, то и дело, ускорив шаг, слегка отрывался от товарищей, для того чтобы тут же, остановившись, внимательно оглядеться. Он знал, что подобным образом должен вести себя образцовый, бдительный командир. То, что они шли по извилистой лесной дороге, а заросли кустов и деревья по ее обочинам, а также ее постоянные повороты делали эти попытки оглядеться бессмысленными, его ничуть не смущало.

Результат не имеет большого значения. Главное – сам процесс. Главное, что он протекает, как положено.

— А кто это – корова? – спросил Хромоногий.

— Некое животное, — ответил Широкая Кость.

— Оно обязано молчать?

— Нет.

— Так к чему ты это тогда сказал? Насчет молчащей коровы.

— Это поговорка, — объяснил Широкая Кость. – Она значит, что некоторые могли бы и помолчать.