Слово о Кощее Бессмертном и его друге Змее Горыныче

Да межи делом тебя пожалела, сиволапого, чтобы ты, дурню, по полоротости не пропустил свою долю истинну.

– Ой, неладно... – вовсе потерялся молодец, но Яга ему плутать не позволила.

– Словам не веришь, сердце спроси, несмысел! Али не тёхнуло оно сразу, как с Ненадой встретился?

– Ну, тёхнуло... – признал кощей, вспомнив своё остолбенение.

– Али не взыграла душа радостью?

– Ага, радостью... – припомнил он и сковороду убойную.

– Али не терзалась угрызеньями, когда вернул бедаку на поталу самодурам-родителям?

– Ну так, в общем-то.

– Так шо ж тебе, скволыге, ещё надобно?!

– Ну-у... как бы... правде в очи глянувши... не мне, скитальцу, о том думать... Да и что за радость – ломать жизнь дитю...

– Бу-бу-бу, бу-бу-бу!.. – передразнила ведьма его шатания. – Не богатырь, а несваренье пуза гороховое. Хватит на дармовых харчах разлёживаться, встал и пошёл на двор – виниться перед девушкой!

Богатырь вздохнул, нехотя поёрзал и стал с кряхтением подниматься.

– Не стонать мне тут и буркалы не закатывать! – подогнала ведьма. – А то, ей-богу, решу, что зря выхаживала и верну как было... от себя добавивши.

Богатырь угрозе внял и поторопился к выходу.

– И чтоб в очи смотрел! – напутствовала Яга. – А то знаем мы вас, сильномогучих витязей...

А на лесной поляне, что называлась у бабы Яги гордым словом «двор», встретили богатыря его боевые товарищи. Ну как встретили... морды отворотили и ушли в сторону, мол, сам натворил, сам теперь и расхлёбывай.

– Эй, волчья сыть, травяной мешок, али так старшОго приветствуют? – обратился витязь к лошадиному заду, а не дождавшись от того внимания, поворотился к соколу: – Ну а ты, кречет, цветные пёрышки, должен ли по ветвям ныкаться или восседать на плече хозяина? – и в ответ тоже ноль эмоции.

Один лишь змей снизошёл до дружеского слова, и то – чисто по-человечески.

– Ага, «равняйсь-смирна» построй и вкати три наряда вне очереди, – хмыкнула одна голова, ехидная.

– Ишь, воеводу включил! А они, между прочим, невоеннообязанные, – строго отчитала другая – взыскательная.

– И вообще, мы с тобою не разговариваем, – буркнула голова обидчивая. – Потому как, за такое обращение с девушкой в приличном обществе бьют по ушам шандалами.

– Да вам-то какая печаль?! – попытался противиться богатырь, но змей демонстративно отворотил головы, мол, зенки-то разуй, которая «печаль» сидит тут на брёвнышке – вся зарёванная.