Шкатулка миров

Спокойный как скала Сын улыбнулся краешком рта, словно предлагая Тайре придумывать выход из довольно щекотливой ситуации. К чему парень был не вполне готов. Но…

— По адресу. Я, так сказать, ВрИО командира, — подобный комментарий едва не вызвал у Сына приступ хохота. Впрочем, он умел сдерживаться как никто другой в команде. Как выяснилось.

“А вот и не факт теперь”, - невесело подумал Тайра, осматривая пополнение.

— Вы… те самые “многообещающие” кадры, думаю. Предлагаю познакомиться. Я - Тайра. Ходок. Это - Сын, наш тактик и аналитик.

Парень нахмурился, словно ожидая продолжения. А продолжать было нечем. Голос подала младшая из двух барышень.

— И это всё? Вы вдвоём подвиги совершали? Это что, Первая эпоха такая?

Била она в самое больное место, так что Тайра чуть скривился. А это уж никак не могло укрыться от всех троих. Или даже четверых, если считать Сына:

— Это… нештатная ситуация. Капитан с остальными решили, что новичкам тоже хочется себя проявить. Поэтому один рейс они выбили в срочном порядке конкретно для вас.

От такого бесстыжего вранья уши парни натурально горели огнём. Даже Сын, до того не издавший ни звука, произвёл на свет то ли смешок, то ли всхлип. Шито всё было настолько белыми нитками, что их, должно быть, можно было заметить с того края света. Однако если всё выгорело бы, Тайра имел все шансы избавиться от внезапно нависшей над ними всеми долговой угрозы.

Парень, внешний вид которого можно было охарактеризовать как “рокер”, одобрительно присвистнул.

— То есть нам прямо сразу дадут поучаствовать? - высокая девушка едва не подпрыгнула от восторга, - и как скоро?

Тайра перевёл свой взгляд на неё. Девушка смущенно потупилась, принявшись оглаживать и без того безупречно лежащую юбку.

Барышня вообще представляла собой зрелище исключительно “опрятное”. И не стерильно холодное совершенство, а такое домашнее, какое случается исключительно с от природы хозяйственными людьми, для которых все эти мелочи - в порядке вещей. Однако характер удивительным образом контрастировал с этой её чертой, добавляя ей ещё шарма.

Меньшая снова недовольно хмыкнула. Она словно была отражением первой в кривом зеркале. Низкорослая, с двумя торчащими под невероятными углами хвостиками, растрепанная словно бы даже с вызовом, она была как будто недовольна всеми и всем.