Хроники "Ночного Свистопляса"

Русалка вернулась в море и спустя какое-то время поняла, что ждёт ребёнка, совсем как земная женщина. Соплеменницы, узнав об этом, изгнали несчастную, наслав на неё проклятие за осквернение крови.

— Я потихоньку умираю. Мне недолго осталось на этом свете, и я так боюсь за свою малышку: неужели всё, что ей остаётся — это жить и умереть в этом скверном месте?

Русалка с отчаянием смотрела на Домано огромными бледно-голубыми глазами.

Девочка сидела у матери на коленях и с серьезным видом слушала весь разговор.

— Ты мой папа?

В комнате повисла тишина.

Домано неспеша обвел взглядом всех присутствующих, затем наклонился к девочке и поинтересовался:

— А ты бы этого хотела?

Та в ответ кивнула с серьезным и даже торжественным видом. Пират взял ребенка на руки.

— Хорошо! Раз ты хочешь — я буду твоим папой.

***

Зиру одели как мальчика.

Домано отдал русалке кошелёк с деньгами и посоветовал попытаться вылечиться. Пообещал беречь девочку, как свою родную дочь и приводить её сюда каждый раз по возвращении на Тортугу.

Два месяца спустя Домано вновь посетил любимый бордель.

Оказалось, что русалка и недели и не прожила после их отплытия, словно дочь — единственное, что позволяло ей держаться за жизнь.

Глава 16

Темнота. Боль. Нужно сделать вдох, но не получается. Боль нарастает в груди и жжёт, жжёт.

Ногти царапают кожу, разрывают плоть в стремлении выпустить лёгкие наружу — им нужен воздух.

Внезапно всё заканчивается. Вдох. В голове звенит от переизбытка кислорода. Выдох. Боль уходит, и остаётся пустота. Блаженное состояние покоя.

Яркий свет бьёт по глазам. Он везде. Она моргает и прикрывает глаза рукой. Со временем свет приглушается, но вокруг только туман. Он глушит все звуки и оседает на коже влажными жирными кляксами.

Она вновь прикрывает глаза и какое-то время просто висит в этом мареве.

Становится тепло и приятно. Мыслей нет, но тело реагирует сразу: расслабляет мышцы в стремлении принять более удобное положение.

Что-то начинает тревожить. Она открывает глаза и резко садится. Туман растаял. Но окружающая реальность нечёткая, какая-то полупрозрачная: плывёт и дробится — словно не в состоянии определиться с окончательной формой.