Побег без права пересдачи

Скамеечка, как мне будет тебя не хватать! Деревянная, тепленькая, такая удобная, такая манящая… Я бы на тебе даже поспать не отказалась после такой дороги. И заснула бы, ведь ты такая хорошая…

Признаться в любви скамейке не позволил Альтар, с видом мученика, которого отказались сжигать, зато спровадили проповедовать темным и убогим, потянувший меня за собой. Георг хмыкнул и собрался повеселиться, но нести мой рюкзак главный маг не сподобился, а у меня обе ручки были заняты, так что именно наш веселый временно стал главным носильщиком.

Я перестала жалеть, что увязалась за магами, едва Альтар вывел нас к невысокому, но вполне приличному трехэтажному зданию, где, судя по всему, мы должны были ночевать. И то хорошо: после такого насыщенного дня хотелось лишь упасть на кроватку и отбыть в объятья Морфея. Впрочем, можно и без объятий, я не обижусь. Главное — кроватка и сон.

Расплачивался маг, я же всячески изображала модель. То есть вешалку для собственной одежды. Существо глупое и крайне неодушевленное, не требующее личного знакомства.

Альтар почему-то ничего против не имел, с облегчением наблюдая за выбранным стилем поведения. У, месть будет страшна. Наверное. Когда проснусь. Тем не менее отсутствие интереса к моей персоне оказалось весьма кстати. Ибо в моем мире даже у детей загранпаспорта переснимали при регистрации в гостинице. А здесь… Здесь прокатило и так. Вот что значит — вовремя заплаченные сто пятьдесят монет!

Звякнул колокольчик, послышалось недовольное сопение, намекающее, что лучше забрать свои пожитки, ибо до полного их исчезновения оставалось всего ничего.

Георг недовольно ткнул мне в руки рюкзак и протянул администратору свои документы. А я… Я продолжила притворяться ветошью. То есть моделью.

Закончив с формальностями, Альтар взял ключ. И Георг взял ключ. А мне ключ не дали! Но мы же не сдаемся! Мы так, слегка отступаем под тяготами судьбы, чтобы вернуться и всем накостылять. Вот и сейчас, нисколько не смущаясь, всего лишь покраснев от кончиков пальцев до макушки, я бодренько припустила за Альтаром, намереваясь выселить его из номера в пользу бедной и несчастной ветоши.

Облом. Выселять не пришлось. И даже ругаться за двуспальную кровать. Номер мне отдали сразу, будто и не собирались здесь жить. И ведь не собирались! Он даже вещи не оставил, быстро умотав куда-то и предупредив, что завтрак в восемь и, коли опоздаю, они меня ждать не станут. Ага, ща-а-аз, не станут. Я же как репей: пока не найду, к кому прицепиться, — не отстану.