Трое из зоны

Друзьям ничего не оставалось делать, как по-прежнему следовать за ним. Возле дома на утоптанной земле лежали поленья, чернел небольшой круг выжженной земли, тщательно огороженный камнями. Рядом с входом в дом была сооружена простая лавка, какую Лыже часто приходилось видеть возле старых деревенских домиков. Старик показал на лавку, прислонил у стены рядом с дверью снятый с плеча меч, а сам всё так же молча вошёл в дом. Друзья уселись рядышком на сидение и переглянулись.

— Курить охота… — с тоской в голосе проговорил Хромой.

— Так закури, есть же сигареты.

— Да в том-то и дело, что нету! Были в кармане и спички, и курево! А когда в себя пришёл на этом поле — не было ничего.

— Да и фиг с ним, Сань… Ты ведь давно бросить хотел, вот как раз и случай подвернулся. Мне вообще что-то неохота курить. Может, воздух здесь такой… — Он с наслаждением вдохнул полной грудью. — Ты посмотри как здесь дышится…

— Я бы лучше дымом подышал… — проворчал приятель.

Хромой продолжал что-то бурчать, но Лыжа уже не слушал приятеля.

Усталости не ощущалось, события последних часов наполнили его душу ожиданием удивительных событий, главным участником которых непременно окажется он сам. Лыжа уже сейчас был готов убивать драконов, сражать в схватках могучих чародеев и спасать принцесс. Окружавший их чудесный лес, таинственный старик, сам воздух, которым они дышали — всё это уже казалось ему неизменной частью его собственной жизни.

— Блин! — отвлёк его от радужных мечтаний голос товарища. Лыжа рассеянно взглянул на него: Хромой со страдальческой миной на лице держал у рта палец.

— Что там у тебя?

— Да меч этот, будь он неладен! —Хромой отнял палец ото рта и показал другу — на свежем порезе тут же набухла кровь. — Чуть тронул и сразу порезался! — Он снова поднёс палец ко рту и с раздражением пнул меч.

— …! —раздался гневный окрик старца, бесшумно возникшего рядом, и навершие его посоха с глухим стуком опустилось на голову Хромого. Тот сверзился с лавки наземь и какое-то время обалдело взирал снизу вверх на рассерженного старика, который, не обращая больше на него внимания, бережно поднял меч и, протерев лезвие, снова упрятал его в ножны.

Хромой громко заверещал:

— Да что же это такое?! — вопрошал он неизвестно кого. — Колотит и колотит, с понтом я барабан какой! Вот я заберу щас у тебя эту палочку и сыграю тебе “Прощание славянки”, бляха-муха! Кого бьёшь, хрен моржовый?! — Хромой с угрожающим видом стал подниматься на ноги.