Расплата.

Кариель узнавал у демона, о том, как устроен его мир и как там вообще живут. А он параллельно оттачивал свое мастерство. Сделал сначала фигурку эльфа, а затем начал делать Жору из грунта, который забрал прямо с дороги.

— Как лучше сделать? — Спросил демон. Податливый камень на лице фигурки прямо на глазах менял эмоции от злости, удивления до улыбки и смеха. Эльфу это показалось настолько смешным, что он и сам громко засмеялся, а ехавшие впереди оглянулись на него.

— Это ты, Жора! — сквозь смех показал он на фигурку в руках Зака.

— Давайте там посерьезнее. Смотрите навстречу кто-то едет.

И действительно на дороге вдали появились медленно ползущие телеги навстречу. Когда они достаточно приблизились, то демон сказал, что уже видел их там внизу у моста. На этот раз они приняли правее, пропуская караван Жоры. Это были крестьяне, везущие урожай в город. Ехали они из местных деревень, а потому не смогли подсказать купцу о состоянии дороги дальше этих мест. И к его удивлению начали благодарить за новый мост.

— Что? Это было не сложно. — Ответил он.

Крестьяне стали предлагать взять у них что-нибудь в знак благодарности, но демон сказал, что ничего не нужно. Наконец, распрощавшись, караван продолжил движение. Вскоре внизу открылся вид и на сам мост, который, впрочем, на мост был похож меньше всего. Сверху казалось, что поперек реки просто лежит внушительный кусок льда, в котором потоки воды просто проделали многочисленные ходы.

Внизу случилась незапланированная остановка. Все трое изучали необычную конструкцию, задавая Заку бесконечный поток вопросов. И не только они. В этом мире появился еще один необычный объект, которому был обеспечен непрерывный поток паломников. Перебравшись на другую сторону и удалившись от скопления народа, купец предложил устроить короткий привал. Зак по понятным только ему причинам от приема еды отказался, просто посидев рядом. А затем, немного передохнув, они вновь продолжили свой путь.

***

Аланассотия наконец летела пусть и не совсем, но все-таки на своем драконе. И поначалу это было здорово. Специальная одежда не продувалась, и в ней было тепло, глаза не слезились от ветра. А внизу проплывали белоснежные облака, виднелись змейки рек и крошечные города. А затем все стало не так интересно. Пейзажи сменились однообразной водной гладью и далекой береговой линией, да и тело затекало от многочасового полета в одной позе.