Дневник Неизвестного

Qu, elle belle personne!1 Лицо Чёрта озарилось улыбкой.

— Ну, и что вы хотите взамен? Мою бессмертную душу? Говорите, ma foi2, я на всё согласен!

— Фу, мосье! У вас отсталые представления о наших порядках. Предлагаю вам интересное пари: в течение трёх дней все ваши желания будут исполняться. И вы, мон шер, можете воплотить любую из своих фантазий. Но, если вы передумаете до истечения данного срока, поняв, что жизнь вам всё-таки немила, то я готов посодействовать вам в прибытии на тот свет.

Между тем незнакомка подошла к нашему столу и томным грудным голосом произнесла:

— Bonjour, messieurs!3 Сигизмунд, сделай одолжение, представь меня этому офицеру!

Чёрт, как-то суетливо подскочил и чопорно, явно волнуясь, сказал:

— Господин штабс-капитан, позвольте представить: княгиня Шувалова-Микульская! Бывшая фрейлина Российского Императорского Двора.

Ныне — проститутка, да-с! Времена.

Княгиня, кротко взмахнув рукой, влепила Чёрту звонкую пощечину.

— Сигизмунд недолюбливает меня и не упускает случая уколоть.

Не обращайте внимания, господин капитан. Из него вылезают издержки воспитания. Сирота ведь, а что можно хотеть от человека, не помнящего своих корней?

Я помог даме сесть и поинтересовался, что ей заказать. Княгиня лишь улыбнулась, давая понять, что здешняя кухня её не привлекает. Некоторое время мы молчали, затем дама произнесла:

— Вот что, Сигизмунд! Найди-ка какого-нибудь извозчика, мы едем ко мне, за город, в имение.

— Я, конечно, Чёрт, но не Гарри Гудини! Посудите сами, в районе боевых действий я, измученный ревматизмом и подагрой, должен найти им лошадь! Вай-мей! Что творится на этом свете?! Что господа просили раньше? Розу даме доставить! Что просят нынешние «поцы»? Кобылу!

И, недовольно сопя, Чёрт поплёлся к выходу.

Мы молчали. Я всегда испытывал робость в общении с красивыми девушками. Княгиня первая нарушила молчание:

— Скажите, капитан, вы находите меня привлекательной?

— Не буду скрывать, вы мне очень нравитесь. Я даже мог бы влюбится в Вас. Но, пардон, мадам, бардак ожесточает.

Тем более, когда всё летит в пропасть.

Она посмотрела на меня обжигающим взглядом и, чеканя слова, спросила:

— Итак, вы поедете ко мне, мы будем ужинать при свечах, у нас будет charmante sorée4, а потом вы переспите со мной? Я знаю, вы этого хотите, но вы не знаете, хочу ли этого я? Успокойтесь, мой бравый капитан, хочу, хочу! Иначе, зачем я здесь? Только для того, чтобы ваше молодое и сильное тело не превратилось в тлен, а душа… впрочем, не важно.