Шпага и кнут

Правда, неприятностей с тобой много.

— Уж кто бы говорил, — усмехнулась Катарина.

Цыганка улыбнулась в ответ, девушки рассмеялись. В этот момент Мирингельм напомнил о себе:

— Милые барышни, так как насчет дракона? Домчит вас, куда угодно. Есть отличное заклинание, я могу...

— Нет! — хором прервали его девушки.

— В самом деле? — обескуражено пробормотал чародей, чем вызвал новый взрыв хохота своих юных спутниц.

— Знаешь, подруга, по-моему, нам лучше взять его с собой, — произнесла Лионелла.

— Зачем он нам? — изумилась Катарина.

— Согласна, — вздохнула Лионелла. — Он, конечно, немножко придурковатый и все у него через раз получается, но хоть как-то колдовать умеет. Вдруг пригодится? Всегда полезней своего колдуна под рукой иметь.

— Ну да, полезней, — скептически усмехнулась Катарина. — Вот только кому? Чихнет неудачно и будешь потом всю оставшуюся жизнь под потолком висеть летучей мышью.

— В крайнем случае, котомки понесет, — привела цыганка последний аргумент. — Вон он какой здоровый, на нем самом можно пахать, как на мерине.

Этот аргумент показался Катарине уже достаточно весомым. Колдун из Мирингельма так себе, а вот кулаком сразу троих зашибить может, такой в дальней дороге точно пригодится. Правда, расшевелить этого увальня довольно трудно, пока дозовешься...

— Ладно, уговорила, — нехотя согласилась Катарина. — Хотя, чувствую, что мы еще пожалеем.

— Не боись, подруга. Теперь только осталось его уговорить.

Обе посмотрели на колдуна. Тот переводил взгляд с одной на другую и обратно, словно не понимал, о нем ли говорят девушки или обсуждают кого-то другого.

— Послушай, Мирингельм, а не хотел бы ты немножко попутешествовать? — начала Лионелла издалека.

— Это как? — поинтересовался чародей.

— Ну-у, проводишь нас немного.

— В самом деле? — оживился Мирингельм.

— Так ты согласен? — не поняла Катарина.

— Ну конечно же! — воскликнул чародей.

— А можно как-нибудь без стихов? — поморщилась Катарина.

— Да ладно, пусть сочиняет, жалко тебе, что ли? — заступилась за стихоплета Лионелла.

— Мне свои уши жалко, — тихо пробурчала Катарина. — Ладно, пусть сочиняет, только чтоб больше не колдовал! Хотя бы без разрешения.

— Не извольте сомневаться, юная леди, — заверил ее Мирингельм.