Шпага и кнут

Услышав об измене, да еще и о нападении и восприняв слова гвардейца буквально, некоторые из дам взвизгнули, иные даже упали в обморок на руки своих кавалеров, как того требовали правила этикета в подобных ситуациях.

По залу пробежали несколько стражников с мушкетами и алебардами, издалека послышались возбужденные крики.

— Кажется, действительно случилось что-то серьезное, — заметила Катарина. — Вряд ли это было так задумано для нашего развлечения.

— А ты догадлива, конопатая — язвительно отозвалась Лионелла.

— Прикуси язык, воровка, — огрызнулась Катарина.

Вот честное благородное слово, сейчас у нее и в мыслях не было затевать ссору, но не в меру наглая цыганка могла бы, наверное, и каменную статую вывести из себя.

— Свой побереги, — посоветовала в ответ Лионелла, откровенно нарываясь на грубость.

Продолжая перебранку, обе рисковали нарушить собственный уговор и сцепиться прямо здесь, на глазах у всех, но по залу разлетелся торжественный глас церемониймейстера:

— Дамы и господа! Их величества король Фернар Тринадцатый и королева Дриана Великолепная, правители нашего славного государства!

Дамы, упавшие в обморок, поспешили прийти в чувство, ибо пребывать в бессознательном состоянии в присутствии монарших особ опять же являлось грубым нарушением принятого этикета.

Однако, вопреки ожиданиям присутствующих, вместо монаршей четы в зале появился седобородый старик, облаченный в черное долгополое одеяние, в остроносых башмаках, четырехугольной шапочке-конфедератке, с пенсне на крючковатом носу.

— А это что за старый пень? — хихикнула Катарина, не сдержавшись.

— Ну ты и бестолочь, — прошипела Лионелла. — Его даже дети знают. Это же Ангелиус, придворный звездочет-астролог.

— Пообзывайся еще, попрошайка... — огрызнулась Катарина.

— Бестолочь конопатая, — не осталась в долгу Лионелла.

Отвесив поклон всем присутствующим, Ангелиус сообщил:

— Их величества просят прощения у благородного собрания, но обстоятельства вынуждают короля и королеву задержаться.

— Возможно ли узнать, что случилось? — поинтересовался один из дворян.

— Взываю к вашему терпению, господа, — отозвался звездочет. — Скоро вы все узнаете из уст самого короля.

В зале снова поднялся шум, все наперебой принялись обсуждать неожиданное происшествие, предлагая свои версии случившегося и настаивая на том, что именно эта версия и есть самая верная.