Не такие уж и далекие земли

Боятся, что эти варвары-людоеды сожрут их.

— А может, ты просто услышал мои слова и теперь пытаешься уклониться от задания?

— Нет, что ты! — возмутился Пэрри, — я просто предупредил. Кстати, наш кок опять сделал то мерзкое рагу.

— Так у нас есть кок? — усмехнулся Миртус, — я думал, это ты сам готовил.

— Конечно же, есть! Такой одноногий, — недоуменно заметил капитан, — хотя я думаю, что он никакой не повар — готовит он весьма дрянно, — пробурчал он и скрылся за дверью.

— Вот только не говорите, что кок поднимет мятеж! — фыркнул дух приключений.

— А что такого? — недоуменно пожал плечами герой, — повар, между прочим, важная личность. Как солдаты или те же моряки будут сражаться и работать, если они останутся без еды?

— Пф, — скривил лицо Миртус, — с такой готовкой они мятеж и поднимут!

— Вот-вот. Лучше бы ты сам чего-нибудь приготовил, — пробормотал невидимка.

— А вот возьму и приготовлю, — воскликнул Кигус, распахнув дверь каюты. Он прошел по коридору и вышел на палубу.

Прошагав по палубе, герой добрался до бака — части судна, где был обустроен камбуз. Тут топилась небольшая печка, на которой стояла кастрюля с весьма неаппетитным варевом. В нее набросали сухарей, солонины, каких-то яблок и прочего. И всё это было затушено до состояния мерзкой каши. Жижа лениво булькала, а на её поверхности всплывали редкие пузыри.

— Чего тебе надо? — из полутьмы, опираясь на костыль, вынырнул хмурый мужик.

— Хочу узнать, чего еда такая мерзкая, — отозвался герой, еще раз заглядывая в кастрюлю.

— Какая есть, — процедил кок уголком рта, — будешь привередничать — вообще без еды останешься.

— Что значит, какая есть? — возмутился Кигус, — неужели так сложно постараться и приготовить что-то нормальное?

— Делать мне нечего — стараться, — угрюмо проворчал старый моряк, — и так сожрёте.

— Тогда зачем сюда пошел?

— Больше никто и не шел, — ухмыльнулся он, — у вашего капитана выбора не было. А теперь вали к себе в каюту и жди, пока это варево докипит, — продолжил кок и презрительно плюнул в сторону кастрюли.

Герою ничего не оставалось кроме как пожать плечами и выйти прочь.