Не такие уж и далекие земли

Его последователи приносят кровавые жертвы своему жуткому богу — получеловеку-полубыку. А еще они привезли с собой отвратительный цветок, из которого готовят дурман. От него человек теряет память и рассудок, — здоровяк горестно покачал головой, — и пребывает в сладких грезах, не ведая о своей жуткой участи.

— Это я уже понял, — поморщился герой, — Я видел Миртуса и он совсем не понимает где находится. Тебя-то мне удалось привести в чувство.

— Ах, — печально вздохнул Гераклид, — это была бы пустая победа, если бы не Тесмей.

Когда ты освободил мой рассудок, я принялся искать ответы. И встретился с ним. Он помог мне вспомнить кто я, а затем вывел из города.

— Значит, можно спастись от действия этой дряни? — с надеждой воскликнул Кигус.

— Да. Если сжечь эти лепестки, то дым от них проясняет разум, — развел руками Гераклид, — не знаю, почему, но это работает.

— Хм, — герой почесал затылок, — у меня вдруг появилась идея... У этого культа же есть склад с лепестками?

— Наверное...

— И он наверняка в самом городе, — хитро улыбнулся Кигус.

— Точно! — радостно завопил Гераклид. Он пустился в разговор с Тесмеем. Сначала мужичок лишь отрицательно мотал головой, но потом всё же согласился. И герои двинулись обратно в город.

— Тесмей, думает, что это плохая затея. Мол, нас поймают и вновь опоят дурманом, — ворчал здоровяк, — ха, сейчас он поймет, как ошибался.

За городские стены они попали по секретному тоннелю, через который и спасся Гераклид. Узкий коридор провел их прямо в сердце дворца.

Туда, где в самом укрепленном месте было хранилище культа. Сектанты прятали свои драгоценные лепестки за мощными вратами из бронзы. Толстые стены надежно хранили их зелье от посторонних.

Но Гераклид легко выломал двери одним ударом плеча. Перед героями предстали целые горы сухих лепестков.

— Ух, я бы на вашем месте задержал дыхание, — предупредил их дух приключений, — вдруг даже запах этой дряни может повлиять на ваш разум.

— Ха, ничего. Думаю, у меня хватит сил донести их до жаровен, — заявил здоровяк и, набрав целую охапку цветов, потащил их к горящему пламени.

Кигус не стал медлить и тоже принялся таскать этот дурман.

Вскоре над городом начал расползаться дым. Дым, что очищал разум. Люди, которые лежали в полном забвении, начали приходить в себя. И отовсюду полетели горестные крики. Те, кто долгое время не ведал, что происходит в реальности и смотрел на мир затуманенным взором, начали осознавать то, во что превратился их город и сами они.