Не такие уж и далекие земли

Сначала он принюхался, но вода вроде бы была чистой. Так что герой прополоскал рот, а затем набрал полный кувшин. С ним рыцарь бросился обратно к своему другу и с размаху окатил того водой. Но ответом ему было лишь невнятное бормотание.

— Ух, — несчастный устало рухнул наземь. Похоже, что его старания были бессильны. Видимо, друга уже не спасти.

Однако геройская натура здоровяка вновь взяла верх. Точно так же как он справлялся со всякими пнями, так же ему удалось справиться и с этим дурманом. Прошло не больше пары минут, как Гераклид снова очнулся.

— А ну, брось! — закричал на него Кигус, спешно вскакивая на ноги. Тот выпустил стакан из рук.

— Кто ты? — с изумлением произнес он.

— Я?

— Да, ты?

— Ох, Кигус, кто же еще-то! — воскликнул рыцарь, — Гераклид, ты чего?

— А кто такой Гераклид? — недоуменно отозвался здоровяк, — кажется, я его знаю.

— Это ты! Ты великий герой всех островов!

— Да? Вот дела, — он погладил подбородок, — я герой! — и глупо улыбнулся.

— Ну, хотя бы его сила при нем, — заявил дух приключений, — похоже, его совсем одурманили. Забыл кто он такой. Может, пройдет, а может быть, это навсегда. Тогда будем прикрываться им от всяких жутких ребят.

— Проклятье, — закричал Кигус и пнул графин.

— Ты осторожнее, — прошептал невидимка, — а то привлечешь не нужное внимание.

— Эх, — махнул рукой герой, — значит так, — он обратился к здоровяку, — ты Гераклид.

— Ага.

— Не пей здесь вино. Оно отравлено. Не ешь цветы. Пей только чистую воду, понял?

— Угу.

— И я бы даже фрукты не трогал, — поморщившись, откинул от себя яблоко Кигус, — и главное, делай вид, что всё нормально. Налей себе кувшин воды и попивай его. Глядишь, поможет. А я пока поищу Миртуса. Хорошо?

— Ага, — вновь протянул здоровяк, — а кто такой Миртус?

— Это наш друг, — ответил герой и зашагал дальше по саду, — и помни — не пей вино! — бросил он через плечо.

Это место было огромно. Сотни всяческих деревьев, цветущие кусты и благоухающие клумбы. Всюду ажурные беседки, мраморные столики и деревянные скамеечки. Кигус бродил здесь, то тут, то там натыкаясь на людей, лежащих в забвении. На лицах каждого из них застыло блаженное выражение. Из уголков приоткрытых ртов стекали струйки слюны, а тела их едва заметно дергались. Но все они были местными, так что герой просто проходил мимо.