Не такие уж и далекие земли

— Я — Лотофаг, — почти пропел тот, — советник царя.

Они зашагали по прекрасным улицам. Таким чудесным, словно, это был самый прекрасный город в мире. Весь этот квартал был создан, чтобы наслаждаться им. И складывалось впечатление, что это было сделано намеренно. Словно кто-то пытался изобразить здесь райский сад.

Наконец, Кигуса довели до дворца. Величественное здание, буквально утопало в зеленых садах. По его ступенчатым стенам стекали ручьи, весело журчали водопады, окутываемые радугой.

— Прекрасное место, не так ли? — спросил у него проводник.

— По мне обычное, — пожал плечами тот, следуя в царскую залу. Здесь даже стражей не было. А может быть, и были, только лежали, где-нибудь неподалеку, опьяненные дурманом.

Кигус оказался в большом помещении. Оно было украшено всеми возможными способами. И барельефы, и резные колонны, и прекрасные панно. Плитка на полу была уложена мозаикой, а с потолка свисали люстры, увитые цветами.

— Приветствую тебя, путник. Я царь Ониссий, владыка Эрополиса, — раздался измученный голос.

— Приветствую и тебя, царь. Я Кигус, прославленный герой, — начал рыцарь, — что же твориться с твоим царством?

— С ним всё в порядке, — медленно произнес владыка, — все счастливы. Все довольны. Никаких жалоб.

— Верно, верно, никаких жалоб, — закачал головой Лотофаг.

— Ужасно, — воскликнул Кигус, — все вокруг одурманены! Всюду запустение!

— Что он говорит? — еле ворочая языком, пробормотал владыка.

— Ничего, ваше величество! Выпейте еще вина, — поспешил успокоить его старец, — оно усмирит вашу боль...

— Да, да. Нужно еще, — царь потянулся за бокалом и спешно отхлебнул из него. Сразу же его тело вдруг ослабло и обмякло на троне.

— Прошу вас, за мной, — продолжал Лотофаг, — ему нужен покой!

— Покой? — возмутился Кигус, — да он же одурманен!

— Нет, с ним всё в порядке, — отрезал советник, — просто царь обеспокоен.

— Что?! — завопил герой, — кто-то еще попал сюда?

— Да. Но для вашего блага, сначала следует перекусить, — махнул рукой старец, — иначе, вы обессилите. Мы не можем позволить себе, чтобы гость голодал!

Он махнул рукой и к нему подошли два человека, довольно крепкого вида. У этих руки не дрожали, да и сами они вполне уверенно стояли на ногах.