Не такие уж и далекие земли

Он ласково погладил девушку по голове и поклонился ей. А затем отвязал зверя и взвалил его на свои плечи.

И они побежали обратно ко дворцу. Солнце уже заходило, и у них была буквально пара минут. Словно вихрь они ворвались внутрь, туда, где восседал царь Агематис.

Гераклид скинул зверя со своих плеч, прямо к ногам владыки. Катоблепас застучал копытами по мраморному полу, пытаясь удержать равновесие. Сам же герой своим громогласным голосом обратился к царю. Он говорил долго и уверенно, а старик угрюмо молчал.

Кигус подумал, что сейчас начнутся споры о том, наступил закат и успели ли они, но ничего не было.

Довольный Гераклид подошел к магу и воскликнул:

— Ты свободен, друг! — и крепко обнял парнишку.

— Ага, благодаря мне, — фыркнул тот, выкручиваясь из крепких объятий, — это ведь я всё рассказал Алкиппе! Так что дипломатия вновь победила силу, — ухмыльнулся маг.

— Пошли уже, дипломат, — прошипел Кигус, отходя к выходу. Он всё еще ждал какого-то подвоха.

Однако троица спокойно вышла наружу. Герой уже расслабился, однако внизу у ступеней, он заметил чью-то бесформенную фигуру. Из-за тусклого лунного света было не видно кто это. Так что даже Гераклид напрягся и первым зашагал вниз, сжимая свою дубину в руках.

Но подойдя ближе, все сразу поняли кто это. Серые одеяния, седая голова — перед ними был тот же оракул, которого они видели во дворце.

— Должно быть, он хочет что-то сказать, — обратился к спутникам Гераклид, — попробую перевести его слова, — он приготовился слушать.

Оракул же неспешно поднялся на ноги. Затем взглянул на здоровяка своими слепыми глазами. Однако задерживать взгляд не стал и тут же перевел его на Миртуса. Тот испуганно попятился. Но принц тоже не заинтересовал слепца и тот перевел взгляд на Кигуса. А затем вдруг затрясся и засипел.

Глаза его будто бы засветились, а из глотки вырвался мощный и твердый голос:

Когда Гора вновь рухнет.

И чародей придет опять

Тогда заспорят трое

Кто будет умирать.

Средь них беловолосый

Решивший мир спасти

Пойдут за ним другие

Хоть не готов он за собой вести.

Другая там воительница-дева

Из тех времен, что кончились давно

Пускай погибли многие

Она добьется счастья своего

Ругаться будут эти двое

Кому тяжелый рок нести

Но есть еще и третий

И это будешь ты.

Исходов спора будет много

На перепутье тысячи дорог.

Но лишь одна из них

Что к светлым дням ведет.

Сказав это, оракул вдруг рухнул на мраморные плиты.