Когда я убью дракона

Далеко впереди и сразу позади процессии сновали люди с праздничными украшениями и полу готовыми блюдами для торжественного бала, который внезапно был назначен на сегодняшний вечер.

Все это время девушка улыбалась и кланялась перед беспокойной прислугой, не переставая уверять, что все это лишнее, и ей достаточно лишь улыбок ее подданных. Толку от ее слов было мало, и суета продолжалась. Но, не смотря на невозможную задачу устроить королевский прием, когда он уже начался, на лицах людей читалась искренняя радость.

В компании давно не бывавшей в этих стенах Ийи для Себастьяна эти залы и коридоры тоже заиграли новыми красками. Стали заметны детали, что всегда были здесь, но ускользали от внимания уже много лет. Золотая кайма колонн и арок, растения из дальних уголков королевства – все вдруг стало захватывать внимание и вызывать восхищение. Особенно поражали великолепные фрески на плоских каменных потолках, которые в то же время блестели подобно зеркалам. Но останавливаться было нельзя, ведь принцесса шла все быстрее и быстрее, а сэр Юлий и его верный оруженосец едва поспевали за ней.

Толстые стальные двери в зал для аудиенций всегда открывались с обманчивой легкостью, подобно распахивающемуся занавесу. Полоса света, расширяясь, упала на Ийю, медленно расползаясь в стороны. Стоя слегка позади, Себастьян заметил, как дрожит девичья рука, а колени Юлия вообще ужасно справлялись с задачей по удержанию тела в вертикальном положении. Мужчина положил ладони на плечи своих младших товарищей.

- Это радостный момент, - сказал он – это триумф и воссоединение родных.

Слова помогли. Оба глубоко вздохнули и перестали трястись. Себастьян с улыбкой взглянул на подопечных.

Двери полностью открылись, двое мужчин в последний раз растянули красный ковер ровной полосой вплоть до малого трона для аудиенций. Пройдя несколько шагов по ковру, Себастьян свернул вправо, вставая в привычный для себя плохо освещенный угол. Разноцветный витраж на потолке плохо пропускал солнечный свет, а свечей в этом углу не было.

Несмотря на то, что никто не успел предупредить короля о прибытии дочери, он уже был здесь, беседуя с мужчиной в роскошных одеждах, и даже не заметил новоприбывших. Кто-то из прислуги побежал к трону, падая на колени за десять метров до него, и проезжая остаток пути, прижав лоб и ладони к полу. Скрип кожи о гладкий мрамор эхом разнесся по залу, завершаясь глухим ударом макушки по ступени постамента.