… И дай умереть другим

– Да что стряслось-то? – зло спросил Турецкий, все еще надеясь, что ничего особенного.

– Труп как раз по твоему профилю. И я хочу, чтобы ты занялся им немедленно. – Последнее слово из уст обычно интеллигентного и деликатного Константина Дмитриевича прозвучало неестественно резко.

– А до утра подождать нельзя? – не соблюдая субординацию, тоже рявкнул Турецкий, бросил косой взгляд на часы и чуть не упал. 9.30!

Но предусмотрительный зам генерального прокурора уже повесил трубку. Турецкий тоже шмякнул свою.

За время разговора на полу, под ногами образовалась противная лужа. Снова стало холодно. Да, день определенно не сложился.

Но почему в половине десятого утра Ирка спит как ни в чем не бывало?! Турецкий заглянул в спальню и обомлел. Кровать была аккуратно застелена, а Ирина Генриховна отсутствовала, то есть, вернее, определенно уже пребывала на работе. А Нинка соответственно – в школе. Отомстили, значит. Не отреагировали на храп из ванной.

Вот ведь черт, сколько же времени он, таким образом, провел в совершенно холодной ванне?! Так недолго и моржом заделаться.

В пятьсот пятом номере эксперты уже складывали свои чемоданчики, фотограф поспешно доклацывал пленку, на полу у входной двери, на красном ковровом покрытии, обозначился меловой контур. Тело уже увезли.

Судя по очертаниям, мужчина, довольно высокий, лежал ногами к выходу – нормальный законопослушный покойник. Следов крови не наблюдается, зато следы борьбы присутствуют: разбитая бутылка, перевернутое кресло.

Номер люкс – очевидно, товарищ не бедствовал. Шкаф открыт, вещей нет, скорее всего, только въехал, а возможно, и вовсе жить здесь не собирался, снял на ночь, о чем красноречиво свидетельствуют ажурные трусики на двери в ванную. И что дальше? Ничего.

Однако, если не дают спать «важняку» Турецкому, следует предположить, что этот донжуан либо кто-то из наших сильно власть имущих, либо иностранец. Турецкому надоело наконец подпирать косяк и заниматься дедукцией.

– Меня кто-нибудь просветит насчет случившегося?

Медэксперт, с сизой щетиной на подбородке – тоже, очевидно, из постели вытащили, – на удивление сделал это весьма охотно:

– Убитый – некий Штайн. Как следует из документов, у него изъятых, гражданин Германии. – Эксперт засунул в рот маленький леденец.

– Дальше-то что? – не выдержал Турецкий.

– Чиновник ихнего МИДа.

– Немецкого?

– Немецкого.