… И дай умереть другим

– На нас в связи с этим побегом и без того давят. Неужели непонятно?!

– Кто давит-то? – безразлично поинтересовался Грязнов.

Замминистра безнадежно махнул на него рукой и сел за стол.

– В моей приемной тебя дожидаются два других члена спецгруппы. Такая, знаешь, довольно забавная парочка. Тот, что старше, еще в «Альфе» служил, помнишь, была такая антитеррористическая команда в союзные времена? Дворец Амина в Афганистане брали.

– Всего два человека?! – не поверил Грязнов. – Чтобы ловить зеков?!

– Почему два человека.

– «Алькатрас», – не задумываясь брякнул Грязнов.

– Почему «Алькатрас»? Что такое «алькатрас»? Птица, что ли?

– Птица – это альбатрос. А Алькатрас – самая знаменитая американская тюрьма.

– При чем тут это? – удивился замминистра.

– Ну мы же должны вернуть зеков на место? В их отчий дом, так сказать?

Замминистра посмотрел ему в глаза и ничего там не увидел. Грязнов оставался спокоен и непроницаем.

– Когда придет время оформить все документально, сделаем какое-нибудь нормальное русское название. Например, букву и набор каких-нибудь цифр. И главное, Вячеслав Иваныч, постоянный отчет мне. Постоянный. Во всех действиях. Ферштейн? – Замминистра достал из ящика стола небольшой мячик на подставочке-блюдечке, положил его на пол и неожиданно замахнулся своей клюкой.

– Это что значит? – удивился Грязнов.

– Приезжали американские коллеги…

– А, помню.

– Подарили клюшки для гольфа. Говорят, любой уважающий себя начальник должен тренироваться, если у него кабинет позволяет. А я когда-то в хоккей с мячом бегал. – В доказательство своих слов замминистра лихо хрястнул клюкой по мячику, и тот врезался в висевшую на противоположной стене кабинета медвежью шкуру. – Главное – постоянный отчет, уловил?

– Значит, в гольф, – задумчиво повторил Грязнов. – Хорошее дело. Культурное. Я тут анекдот вспомнил… Играет Иисус Христос в гольф с апостолом Петром.

Замминистра весело заржал.

– Рано еще, – пояснил Грязнов. – Значит, играет Иисус Христос в гольф с апостолом Петром. Петр несильно так, интеллигентно прикладывается клюшкой к мячику, и, – Грязнов проводил взглядом воображаемый удар, – довольно неплохо, в общем. Тогда Христос размахивается с оттяжечкой и – бац! Мяч летит совершенно в другом направлении, в лес. А по лесу в это время пробегал зайчик.