Всё становится на места

Лысина Дугальда потеет и блестит на солнце пуще прежнего. Люди, работающие неподалёку, оставляют работу и потихоньку подбираются ближе — поглядеть, чем всё кончится. Неро суёт в рот не меньше восьми пальцев и прикусывает их.

— Так говоришь, земля сохнет? — Марлин упирает руки в бока и склоняется к Дугальду. Теперь они почти соприкасаются носами.

— Ещё как сохнет! — Дугальд тоже упирает руки в бока и встаёт на цыпочки. Начинается битва носов.

— И тебе нужен полив? — давит колдун.

— Нет, пусть всё засохнет и люди начнут голодать! Конечно, идиот, мне нужен полив! — не отступает садовник.

Неро издаёт писк, не в силах выдержать напряжения.Марлин отступает на шаг и выпрямляется. Дугальд торжествующе глядит на него, выпятив грудь.

— Ну что ж, — говорит колдун спокойным голосом, — будет тебе полив.

Он делает два хлопка ладонями, поднимает их к небу и произносит:

— Дождь пошёл из ниоткуда,

на земле повсюду грязь,

и у Дугальда простуда

так некстати началась.

Небо мгновенно затягивает тучами. Редкие капли быстро сменяются стеной дождя.

— ААП-ЧХИ! — издаёт Дугальд удивительно мощный звук. Мне даже сперва было показалось, что это гром. Из земли выворачивается несколько колышков с подвязанными к ним помидорами.

— Ну вот и всё, — радуется колдун. — Проблема с поливом решена, свободных рук более чем достаточно, и четыре из них я могу забрать.

— Но ливень! — произносит Дугальд в нос. — Он дазмоед зебдю! А-АП! А-А-АПЧХИ!

— Не волнуйся, он скоро закончится.

— А боя пдостуда? А-А-ЧХА-А!

— Не бойся, я оставлю тебе Неро, он поможет.

— Только не это! — хором говорят Дугальд и Неро.

— А вас я попрошу пойти со мной, — оборачивается к нам Марлин, сияя улыбкой.

Мы не спорим. Точнее, я не спорю, поскольку являюсь разумным человеком, а Гилберт шепчет себе под нос что-то вроде: «Но так же нельзя! Разве можно так обращаться с заклинаниями?».

— Так вот, — говорит Марлин, когда мы минуем птичий двор и оказываемся на невозделанной земле, густо заросшей травой. — Вы, ребята, устроили мне головную боль. Точнее, не вы, а Теодор, но из-за вас. Стоило ему услышать имена... как вы сказали, Брадан и Бартоломео? Вцепился он в меня клещами. Даже угрожал.