Всё становится на места

Наконец, к моему счастью, меня извлекают на поверхность. Я чувствую себя как мокрый слепой котёнок, но какая-то добрая душа подаёт мне полотенце.

— Гляди-ка, он три раза окунал, надо запомнить, — уважительно говорит кто-то сзади.

— Пожалуйста, принимайтесь за дело, — вежливо, но твёрдо говорит Сильвия, и любопытные зрители неохотно отступают. Впрочем, недалеко.

В это время появляется Ланс. Он держит двумя руками большую деревянную кружку, содержимое которой предназначается мне.

— Пей, — командует Гилберт.

Я пробую солёную гадость и плюю прямо на пол.

— Что за мерзость?

— Сок квашеной капусты, — коротко отвечает этот негодяй, а затем берёт одной рукой кружку, второй придерживает мой затылок и следит за тем, чтобы я выпил всё до капли.

— Гляди, гляди, вот как надо! — вновь доносятся голоса работников. — Кружку взять в правую руку, а левой голову держать, чтобы подействовало!

— А он ещё слова какие-то сказал! Что он сказал, Кланки, ты расслышал?

— Я ничего не говорил! — рявкает Гилберт. — Здесь нет колдовства, только рассол.

— Да-да, как же, — ворчит недоверчивый Кланки. — Это он делиться с нами не хочет, ребята. Боится, что мы всё узнаем и станем колдунить получше него. Да только я всё слышал, вот так-то...

— Живо по местам! — раздаётся чей-то громовой голос, я даже вздрагиваю. — Как ведёте себя при королеве, ах вы морские слизни! Только бы от работы улизнуть! Боровы ленивые! Пустить бы вас на корм крабам!..

Вот это было заклинание так заклинание, всех работяг в тот же миг так и сдуло.

Это оказался человек, который не очень удался в рост, но зато в ширину — за двоих. Плечи у него такие мощные, что в двери, наверное, проходят только боком. Лицо до самых глаз заросло косматой чёрной бородой, в которой там и сям виднеются седые нити, а лысая голова подвязана синим платком.Его одежда выглядит до того замызганной и потёртой, что я даже засомневался, точно ли он имеет право тут распоряжаться. Впрочем, Сильвия быстро всё проясняет.

— Брадан, как я рада тебя видеть! Сильвер, это Брадан, и от него зависит вся работа верфи. Он очень ответственный человек, обходит все мастерские и всё проверяет своими руками. На нём здесь всё держится. Брадан, это мой брат, Сильвер.

Здоровяк скупо кивает.

— Вы, наверное, на галеон пришли посмотреть? — спрашивает он.— Да, на него, — отвечает Сильвия.

Брадан делает едва заметный жест рукой, указывая на самое большое здание, а затем неспешно идёт к нему.