Всё становится на места

— А вот если плохая хозяйка копается так, как ты, то у неё семья рада уже блох ловить и есть, — объясняет Ика, попутно отбирая у меня растерзанную рыбу и ловко избавляя её от остатков чешуи. — Чтой-то принцев стали совсем негодных готовить, ничего не умеешь, не то что Теодор. Надо бы тебе с ним встретиться.

— Я ведь сюда за тем и приехал, — говорю я. — У Теодора остались друзья, старые родители, брат — все они были бы рады его возвращению.

— Забрать его, что ли, удумал? — старуха сдвигает к переносице седые жёсткие брови.

— Грустный он совсем, — мягко вмешивается Уна. — Плохо ему. Может, и по дому скучает.

— Здесь теперь его дом, — сердито заявляет Ика и тянет из-под скамьи большой котёл. — Уна, помоги-ка бедной старушке, набери воды.

Молодая клыкастая тут же исчезает за дверью, лишь взметнулись рыжие косы.

— А ты вот что, — наклоняется ко мне бедная старушка и грозит когтистой лапой, — как увидишь Теодора, о доме ему говорить не смей! Что-то у него там случилось такое, что ему вот тут больно делается.

С этими словами Ика стучит себя по груди.

— Если его спросить о прежней жизни, он уходит и долго не возвращается. А нам это не нужно. Нам он нужен. Так не тревожь его, я тебя прошу.

— Я уже согласен и совсем с ним не говорить, только бы хоть раз его увидеть, — говорю я, стряхивая с рук налипшую чешую, и решаю блеснуть знаниями. — А то искать его, что ветер в поле...

— Вертел.

— Что?

— Вертел в поле, говорю.

— Да, пожалуй, — соглашаюсь я. — Мы весь Город обошли, а Теодора так и не видели. Есть там один человек, который вроде как друг ему, а вроде бы и нет. Говорит, что он за Теодором присматривает и запирает его в подземелье.

— Как это — в подземелье? — ахает Ика.

Тут дверь распахивается, и возвращается Уна с полным воды котелком. За нею летит шумная ватага ребятишек.

— А скоро кушать?

— Бабушка Ика, я голоден!

— А Дор съел жука!

— Не ел я его, неправда!

— Ел, ел! Думал — малинка!

— Ел, аж хрустело!

— И я, и я видела!

Под таким давлением Дор не выдерживает и всхлипывает басом. Старуха живо наводит порядок, кому пригрозив, кому пригладив вихры, раздаёт всем по куску хлеба и отправляет на лавку, приказав сидеть тихо.Дети достают из-под лавки затрёпанную книжонку и принимаются читать по складам.