Месть предателя

Из динамиков зазвучала очередная ласкающая слух мелодия, но где-то на середине песни к музыкальным звукам присоединились постепенно нарастающие звуки приближающихся милицейских сирен. Эти служебные звуки пронеслись слева направо и так же постепенно стали стихать. Вскоре дорожное движение возобновилось.

Не меняя направления движения, Гордеев снял с поясного ремня сотовый телефон и набрал номер Раппопорта. Трубку поднял сам Владлен Семенович.

— Добрый день. Это Гордеев, адвокат Невежина, — напомнил Юрий.

— Слушаю вас, Юрий Петрович.

— Владлен Семенович, в какой больнице находится ваш товарищ Владимир Чупров?

— В семьдесят первой. Я у него сегодня буду. Проведаю.

— Спасибо. Думаю, что и мне нужно его проведать.

— Может быть, мы с вами там пересечемся.

— Тогда до встречи.

Гордеев поднялся на третий этаж и пошел по коридору. Навстречу попадались больные в казенных полосатых пижамах и собственных спортивных костюмах. Дойдя до стола, за которым сидела женщина в белом халате — дежурная медсестра, Юрий спросил, в какой палате находится больной Чупров.

— Вы родственник или из милиции? — поинтересовалась дежурная.

— Я адвокат, — ответил Гордеев.

— Адвокат? — немного удивилась дежурная и задумалась. — Значит, по делу?

Гордеев кивнул.

— Только, пожалуйста, не утомляйте больного. Он еще слаб. Хотя идет на поправку.

— Я недолго, — успокоил ее Юрий.

— Идемте. Я провожу вас.

У входа в палату дежурная медсестра остановилась и еще раз напомнила о слабости больного.

— Я помню и буду краток, — ответил Гордеев.

В палате стояло шесть коек. Четыре из них пустовали, но по мятому постельному белью и по наличию на прикроватных тумбочках средств личной гигиены было видно, что три из них заняты пациентами, которые в данный момент отсутствовали. На двух находились больные. Один лежал без движения и то ли спал с открытыми глазами, то ли просто смотрел в потолок. Другой, облокотившись на подушки, сидел на кровати. На коленях у него лежала газета, в правой руке он держал карандаш.

— Слово из пяти букв, означающее сражение, — тут же обратился он к Гордееву.

— Не понял.

— Последняя буква «а».

— Битва, — немного подумав, ответил Гордеев.

— А может… и война, — высказал предположение любитель кроссвордов и уставился в газету. — Смысл вроде бы один, но разница между словами все-таки существует. — Он стал что-то подсчитывать.

— Надо проверить по вертикали… какое подходит, — предложил Гордеев.

— Потом проверю.