Любители варенья

Думаешь, мне легко было ее уговорить с нами пойти? Она оперу не любит.

– Она ее ненавидит… – пробурчал Вася. – И я ее терпеть ненавижу.

– Так не говорят, Вася, – решила заодно заняться культурой речи мальчика бывший педагог Ирина. – Говорят либо «не терплю», либо «ненавижу».

– А так это… эмоциональнее, – проявил свою недюжинную способность к развитию речи Вася.

– Короче, спорить не будем. Давай надевай голубой свитер. И не забудь руки вымыть.

– А-а, мы там кушать будем? – оживился мальчик, натягивая через голову парадный свитер.

– Естественно, чем тебя еще на оперу заманишь?

Ирина в последний момент решила, что в черной кофточке у нее какой-то похоронный вид. С годами черный цвет ей шел все меньше. «Старит он меня», – подумала она с огорчением.

Когда она вышла в розовой блузочке, Вася заулыбался.

– Совсем другое дело. А то будто наша химичка. Она тоже вечно в черном ходит. Как ворона… И голос такой – каркает, каркает…

– Вася, хватит осуждать людей! – оборвала его Ирина, обувая туфли на высокой шпильке.

Снизу в домофон позвонила Катя:

– Готовы? Я машину прямо к подъезду подогнала, чтоб не мокли.

Вася в машине повеселел. Крутил настройку радио, комментировал шутки дикторов, потом заявил:

– Когда буду диктором, никогда не стану такие глупости говорить.

– И правильно, Васенька, – похвалила его Катя. – Кстати, Ирочка, а что мы нынче слушать будем? Я в опере последний раз в шестом классе была, «Князя Игоря» слушала.

– Кать, ну что ты при мальчике… – упрекнула ее Ирина. – Мы, между прочим, на мировую премьеру едем.

– Да ты что? – обрадовалась Катя. – Ух ты! Вот это звучит! Мировая премьера! Так своим коллегам в поликлинике и расскажу. И как же ты раздобыла билеты? Небось, народ ломанулся, все билеты расхватали.

– А мы на халяву идем. Меня пригласила подружка, она на виолончели играет в оркестре.

– Так оркестр наш?

– Наш, а опера американская, совсем новая, с пылу с жару, если можно так выразиться. Один американец написал, по рассказам Чехова. А премьеру решил здесь устроить, на родине его любимого писателя Чехова. Правда, он его только на английском языке читал.

– Откуда ты все это знаешь? – подивилась осведомленности Ирины подруга.

– Так мне Сонечка рассказала, подруга, которая на виолончели играет.