Быть Мэри. Тайна Кленового леса

И кинулся прочь, быстрее зайца, уводя за собой всю стаю.

Когда их хвосты скрылись за деревьями, мы, словно по команде, упали на колени (да-да прямо в весеннюю грязь и бог знает во что ещё…). Мне всё равно не нравились эти джинсы…

— Ну ты даёшь… — первой речь обрела Миса. Только теперь я услышала, как она громко и часто дышит. — Я уже приготовилась стать кормом.

— Почему они ушли? — выдохнул Костик.

— Моё природное очарование, — попыталась я отшутиться, хотя колени всё ещё тряслись.

— Может, вернёмся? — предложил он, оглядываясь по сторонам.

— Например, медведя, — подхватила Миса.

— Нет, — несмотря на пережитый ужас я была настроена решительно. — Я пришла сюда найти единорога. И я это сделаю, — заявила я и направилась дальше (но, конечно, не в ту сторону, куда убежали волки).

— Адель, очнись! — Миса едва поспевала за мной. Костик шёл рядом с ней. — Единорогов не существует! Надо вернуться!

— Нет.

— Я не хочу здесь подохнуть, — зло сказала она и остановилась.

— Никто не хочет, — парировала я, обернувшись.

— И как ты собираешься его искать, позволь спросить? Приманишь девственницей? — Почему все меня об этом спрашивают?! — Если так, то я тебе не помощник! Я ухожу!

— Миса, — кажется, удивление слишком чётко отразилось на моём лице, — только не говори, что ты?..

— А это не твоё дело! — крикнула она, чуть не плача.

— Но… — я замялась, не зная, что сказать. Но говорить правду не хотелось. — Ко мне единорог не выйдет.

— Что ж, — вздохнула Миса, — получается, мы попёрлись за единорогом, не имея в арсенале ни одной чистой сердцем девственницы.

— Вообще-то одна есть, — кашлянул Костик. — Вернее один, — добавил он, краснея.

Ого! Вот это поворот! Нет, не поймите меня неправильно, меня удивил не сам факт, а его признание! Кто из ваших знакомых парней отважится признаться (особенно двум девчонкам), что он девственник?

Судя по расширенным глазам и открытому рту Мисы, она тоже этого не ожидала.

— Хочешь сказать, ты никогда?.. — ей явно было сложнее в это поверить, чем мне.

— Я не хотел бы это обсуждать, — теперь же Костик стал просто пунцовым.

— Но я думала…

— Тише! — шикнула я. — Кажется, я что-то слышала.

— Пожалуйста, только не волки… — простонала Миса. — Я этого не… — она замолчала, так и не договорив, когда он вышел из кустов.

Я потеряла дар речи.

А Костик просто сказал: «Ого…»

Перед нами во всей своей мифической красе стоял единорог.