Девятая попытка Кота Митрохина

Визг с каждым мгновением становился тоньше, срывался в фальцет и наконец из тряпок донесся плач младенца.

– Вот и все, – сказал Иван, опускаясь на землю и вынимая бывшую старую каргу из тряпья. – Нет больше Бабы Яги.

Младенец гукал, пускал пузыри и сучил ручками и ножками. К Ивану подошли Кот с Василисой, встали по бокам и уставились на младенца.

– Хорошо хоть не совсем того… – сказал Кот.

– Да, – кивнул Иван. – Отдадим кому-нибудь. Может, на этот раз порядочного человека воспитают.

– Если это у нее не в генах…

– Карга она, конечно, порядочная, а все равно жалко, – вздохнул Иван, хмуро глядя на крохотную девочку, барахтающуюся у него на руках. – Эх, чуть-чуть не успели.

В облаках над головой пронесся радужный всполох, взбаламутив, взвихрив облака. За ним еще один и еще. Прокатился низкий басовитый гул.

– Что это? – насторожилась Василиса. – Никогда такого не видела.

– Зато как красиво! – воскликнул Кот. – Может, местное Северное сияние?

– А по-моему… – Иван не договорил.

Свет вокруг него внезапно померк, а потом вновь стало светло.

Иван находился в хорошо знакомой ему комнате Владыки, откуда он начал свой путь. Ни Василисы, ни Кота, ни девочек – никого. Даже оружия у него больше не было. В кресле все также сидел Владыка, пристально глядя Ивану в глаза.

– Где все? – спросил Иван.

– Все? Теперь это неважно.

– Как… неважно? – насторожился Иван. – Что вы с ними сделали?

– Я ничего с ними не делал.

– Я?

– Именно.

– Ничего не понимаю. Объясните по-человечески!

– По-человечески? Хорошо. – Владыка поднялся из кресла и прошелся по комнате. Иван внимательно следил за ним. – Начнем с того, что вы выиграли.

– Как так?

– Прекратите задавать глупые вопросы, – раздраженно бросил Владыка. – Как выиграли? Очень просто! Выиграли, и все тут.

– Все равно не понимаю, – честно признался Иван.

– Вы не понимаете… Своими руками вы уничтожили целый мир и ничего не понимаете?

– Почему уничтожил? Когда?

– Всех вам жаль, обо всех-то вы думаете и печетесь. Даже нечисть пожалели.

– Что ж, нечисть – не человек, по-вашему?

– Человек… – Владыка вернулся к креслу, устало опустился в него и подпер голову кулаком. – Вы вот даже сейчас не о себе спросили в первую очередь, а о Василисе, детях и Коте.