Серая Дружина-3: Расколотый меч

О смерти ведь речь не идет, вот и Глэрион мы сковали, хотя уж сколько это ему пророчили! Хотя бы вот:

За смертью – смерть у дамских ног,

Разбит искрящийся клинок…

Он закрыл глаза и прислушался повторно. Потом принюхался, подозрительно скосился под ноги, но там была только грязь. Под ногами теперь хлюпало вдвое чаще. В одной из луж лежала подкова с гербом домина. На гербе райская птичка изрыгала драконий огонь, но в данный момент было похоже, что ее одолевает феерическая тошнота. Мы тронулись дальше, попутно оглядывая следы разгрома.

Было действительно очень тихо. Настолько, что хотелось говорить и говорить, а если вы замолкали на секунду – вам начинало казаться, что вы не существуете.

– Это ты откуда взял?

– Угадаешь с пяти раз или нет? Говорю сразу: это не пантера закидала весь общий покой листками из блокнота с такими строчками. И не Йехар: для него это уж очень трагично. Давно хотел тебя спросить…

– Поняла, – отозвалась я досадливым шепотом. – Это из того самого питерского пророчества, где и про Иссушителя сказано.

– О Виоле, которая бьет морды маньякам? – предположил Эдмус. – Или о толпе рыцарей, которая уже успела перебить друг друга за взгляд Даллары? Или о том, что кому-то очень не нравятся все ее поклонники? А! Еще ее мать, ее няньки, слуги... ай, нет, это не об этом! Если вспомнить ту вампиршу…

Но я вспоминала Йехара. Его переломанный меч. Молоденького менестреля, которого мы нашли мертвым во время конной прогулки. И…

– Веслав в последнее время, кажется, ей интересуется…

Хаос! Я сказала это вслух?!

– Да, Веслав ей интересуется и еще как, - подтвердил спирит самым невинным тоном, но голос понизил почти до шепота.

– Думаешь, она может быть Невестой?

– Язви их всех чертополохом через зюзник!!

Лес секундно содрогнулся от мощи и чистоты звука. Где-то в отдалении, как будто включившись, начала считать наши годы кукушка. Эдмус – и тот вздрогнул, про меня и говорить нечего, а через кусты тем временем продрался расцарапанный и жаждущий крови Веслав.

Мой вопрос прозвучал откровенным издевательством:

– Спешился нормально?

Алхимик зарычал и демонстративно выдернул из волос пучок колючек. На них ушел и клок волос, но щедрость Веслава в таких вещах была практически безграничной.

– Я вообще не спешивался. Эта помесь ишака с реактивной табуреткой сбросила меня в колючки! Меня! – тут от избытка чувств у него, что называется, «в зобу дыхание сперло».