Последнее правило стрелка

Случайный создатель. Глядя на ваше жилище, я почти готов поверить, что это так. Жалкое зрелище — создатель миров, ютящийся в тесной комнатке, в квартире с совмещенным санузлом. Человек, который абсолютно ничего не добился в своем мире, решил сотворить другой.

— Эй, я попросил бы…

— Что это? Компенсация своих комплексов? Попытка сбежать от реальности в иллюзорный мир? Знаете, что самое опасное в иллюзиях, молодой человек? Иногда они оживают.

— Вы должны быть мне благодарны, — сказал Фил.

— За что? — осведомился Негориус.

— Я вас создал. Чем бы я при этом ни руководствовался, я вас создал. И если бы не я, вас бы просто не было.

— Наверное, так было бы лучше, — сказал Негориус. — С тех пор как я попал в Москву, я многое узнал о моем родном мире. Вы поселили нас в тире, молодой человек. Вы сделали нас мишенями для чокнутых убийц, одевающихся во все черное. Вы сделали нас заложниками своей чертовой игры.

— Вы, а не я хотите уничтожить созданную мной вселенную, — сказал Фил.

— Преступник? — переспросил Негориус. — Я не преступник. Я патриот.

— И что же патриотичного вы находите в уничтожении собственного мира?

— Все дело в том, что я не собирался уничтожать собственный мир, — ответил Негориус. — Не такой я идиот, да и суицидальными наклонностями никогда не страдал.

— Тогда как же вы объясняете свои действия?

— Очень просто. Я делал все, чтобы избавить нашу вселенную от терроризирующей ее банды убийц.

— Используя при этом очень странные методы, — заметил Фил.

— Я сделал все верно, — сказал Негориус. — Я вынудил чертовых стрелков нарушить главное правило их ордена, и теперь проклятие Черного Стрелка обрушится на их головы. Когда все стрелки умрут, наш мир наконец-то сможет развиваться независимо от требований вашей программы. Я на самом деле подарил нашей вселенной свободу выбора.

— Свободу умереть? — уточнил Фил.

— Молодой человек, вы глупец, — сказал Негориус, в лучших ганфайтерских традициях вертя револьвер Роланда на указательном пальце. — Я не менял револьверы местами, я искренне надеялся, что у Горлогориуса все получится.