Последнее правило стрелка

 — Не тебе же в пропасть прыгать.

— А я с вами пойду, — сказал богатырь. — Не дело мне тут отсиживаться, когда вселенная в опасности.

— Это еще зачем? — встревожился Гарри. Нельзя сказать, что Муромец ему не нравился или он богатырю не доверял. Но после истории с Джавдетом Гарри с подозрением относился к случайным спутникам.

— Есть такая работа — Родину защищать, — сказал Муромец. — Это моя работа, кстати. Наличие лишней пары рук вам не помешает. Тем более что Борис сомневается, а у стрелка намечаются проблемы индивидуального свойства.

— А тебе разве не надо у князя своего отпрашиваться или еще что-то в этом роде? — спросил Гарри, надеясь, что Муромец соскочит сам.

— Ради такого случая — не надо. Князь поймет.

— А ты что думаешь? — спросил Гарри у Джека.

— Ты у нас за старшего, ты и решай, — сказал Джек, и Гарри понял, что на этот раз помощи от стрелка не дождется.

Перевалить ответственность не удалось. Надо было принимать решение.

Отказать богатырю? Но на каком основании? Горлогориус ничего не говорил по поводу численности бригады, а в драке Муромец очень даже может пригодиться.

А вдруг это вовсе и не Муромец, а очередная ипостась плетущего свои интриги Негориуса? Один раз он уже внедрился в команду, причем очень успешно. Так успешно, что теперь его снова надо искать и истреблять, хотя победа уже казалась такой близкой.

Или это происки судьбы и присутствие Муромца окажется ключевым фактором для окончательной победы?

Или это шутки злого рока и Муромец невольно помешает планам по спасению вселенной?

Вопрос решило неумение Гарри отказывать былинным русским богатырям.

— Ладно, Илья, ты с нами, — сказал Гарри, и тут в Бозеле проснулось что-то очень странное, такое, в чем Гарри никак не мог заподозрить этого циничного представителя семейства драконов.

— Не надо, Илья, — сказал Бозел. — Им меч мой нужен, вот и не могу я отвертеться, а тебе-то зачем? Успеешь ты еще свою голову сложить…

— Триодиннадцатое царство является частью вселенной, и, когда ему грозит опасность, я должен вмешаться, — сказал Муромец. — Таков долг богатыря.