Юные годы заклинательницы духов Кетрин Ренс. Том первый.

Хотя последний-то особо и не пытался, все больше недобро щурясь на девушку, как во время самой контрольной, так и при подробном разжевывании материала учителем Мипорой.

Так что теперь Кет могла не отсиживаться в своей комнате, избегая расспросов мамы да ее слов поддержки, порой бывающих куда обиднее ругани. Впрочем, последнюю девушке толком никогда распробовать не приходилось.

А это значило, что можно уделить внимание другой, стоящей на очереди проблеме.

– Тиморк – окликнула парня, уже успевшего добраться до лестницы, пока девушка прощалась с учителем, благодаря госпожу Мар за науку.

Тот, однако, и не подумал останавливаться.

– Тиморк Тоф, постой! Да постой же, тебе говорят, – Кет пришлось перейти на бег, лишь третьим восклицанием, наконец, остановив парня уже на следующем этаже.

– Чего тебе, госпожа Ренс? – вместо собеседницы, грозно дырявя пол под своими ногами, осведомился деревенский.

– Это тебе чего? – переводя дыхание, в том же тоне ответила Кет, продолжив через мгновение, – смотришь на меня, словно я, словно… да к темным богам метафоры! Вы что, все сговорились? Или, может, костер перед школой для меня сложить собрался?

– Да разве мы посмеем, госпожа Ренс, – все так же смотря в пол, однако, с убийственной дозой сарказма ответил Тик.

– Да вот посмей и… и к псу морскому эту госпожу! – сорвалась Кет, – я просто Кет. Кетрин, а никакая не «госпожа Ренс», твоя одноклассница, во имя всех темных богов! А то, что мои родители волшебники, вовсе не значит, что… что ко мне должно быть какое-то особое отношение… И, и все, что когда-либо делал мой брат Тог, ко мне не имеет никакого отношения.

– Коль ты наша одноклассница, госпожа Ренс, тогда не трогай Афри, – Тик, смотря исподлобья, поднял взгляд на Кетрин.

И путь в глубине этого взгляда и сквозил страх, в нем чувствовалась непреклонная сила, отчаянье, что бросает с истошным криком пехотинцев в атаку на несущуюся на нее кавалерию. На мгновение Кет даже чуть отступила, споткнувшись, едва не сев на лестницу.

Надтреснув, голос девушки сорвался на сперва тихий, но от того лишь жуткий смех, переходящий в ведьмовское хихиканье – то самое, уже далеко за гранью безумия.

– Т-так вы что, и вправду решили, что стоило ей посидеть рядом со мной, и я ее прокляла? Ты серьезно? Ты… х-ха, ха, да! Точно! – после короткой паузы воскликнула девушка, словно ей в голову пришла гениальная идея.