Юные годы заклинательницы духов Кетрин Ренс. Том первый.

На последних было совсем уж жалко смотреть. Если дедушка Беренс покраснел хуже редьки, так что впору было беспокоиться о его здоровье, то бабушка напротив приняла облик каменной статуи.

Происходил же этот родительский суд в одном из внутренних покоев дворца, то ли гостиной, то ли кабинете хозяйки, так что бы этот беспорядок не услышал никто из гостей. Что до причины переполоха, драконьей обезьяне, то та лежала подогнув под себя лапки на кушетки с умиротворенный лицом, оглушенная магией Маркенсы.

Первым не выдержал Пок.

– Я не жалею о том что сделал, и если бы пришлось сделал бы это еще раз. Вы, госпожа Маркенса, похитили Момо что бы убить и расчленить его. Я видел вашу лабораторию. Вы мучаете живые существа ради своей темной магии. Это… это вы тут преступник а не я!

– Покус! - побелев, как видно от страха перед одной из влиятельнейших женщин города, одернул сына, его родитель.

– Я сказал, то что сказал, отец. И повторю это вновь — госпожа Маркенса мучает животных. Мучает Момо.

– Момо? - с насмешкой переспросила госпожа Максиейская, - ты успел дать ей имя?

– Его так зовут.

– Я честно купила ее на торгах. Не моя вина что у тебя не хватило денег. Купишь в следующий раз, - полная высокомерного презрения, ответила Маркенса.

– Торгах? – переспросила Кет, – Так она у тебя никого не похищала?

– Это было все равно что похищение! - горячо возразил Покус, - я полюбил Момо с первого взгляда.

– Нда… наздоровые у тебя вкусы…

– Не думай что можешь сойти за дурочку, господа Ренс, - оборвала этот спор пойманных преступников хозяйка дома, - Не важно что он тебе наплел, это не отменяет того что ты пробралась в мою лабораторию и разрушила щит.

– А он был не так уж и хорош. Я даже не поняла, что это магический щит, - нагло отозвалась Кет, взглянув в глаза этой женщины.

– И это все что тебе есть сказать в свое оправдание?

– Мне было скучно на вашем приеме, госпожа. И сколько могу судить, ваша дочь так же была, бы рада оказаться хоть в лапах слуг Ульхаила, но только не здесь.

– Дикарка, – заключила Маркенса.

– Скажи, Мар, - обратилась к последней, Анналикса, прежде чем ее дочь успела сказать какую нибудь глупость, - Кет ведь ничего не сломала?

– Ничего, о чем стоило бы говорить, Анна, - поджав губы, процедила госпожа Макисейская.

– Раз так, то, полагаю нам лучше уйти. Кетрин.

Уже из-за двери до Кет донесся новый смелый выпад Покуса:

–Можете делать со мной что пожелаете, но отпустите Момо.