Марья-Царевна

После того, как связь с Источником Мертвой воды пропала, исчезла и даруемая им длительная бодрость. Теперь я все сильнее ощущала усталость, как моральную, так и физическую — долгое путешествие через Навь даром не прошло.

Так что, пока мы с Финистом в сопровождении Наволода и двух молчаливых, закутанных в балахоны слуг, шли по коридорам, я мечтала о кровати. А еще очень хотела остаться в одиночестве и спокойно поразмышлять над всем произошедшим. Без опасений, что вот-вот может нагрянуть бессмертный папочка, или ушибленный на всю голову ведьмак Иванушка со своей упертой сестрицей Аленушкой.

Но надежды на отдых оказались напрасны. Потому что, открыв дверь в выделенные мне покои, Наволод в них первым же и зашел. После чего пропустил меня в просторную, ожидаемо малахитовую гостиную и решительно сообщил:

— Нам надо поговорить.

Что ж, этого следовало ожидать.

Конечно, я могла попробовать сослаться на усталость и отложить неизбежное, но зачем? Тем более, я все еще чувствовала себя виноватой за то, что натворила в Нави.

Поэтому вздохнула, кивнула и буркнула:

— Поговорим. За разговор денег не берут.

Однако попрекать меня устроенным пожаром не стали. Вместо этого Наволод произнес:

— Ты спрашивала, почему я не обратился за помощью к Финисту. Я объясню. Конечно, сам он не отказался бы дать мне доступ к своему Источнику, тут сомнений нет. Проблема в другом: сила его Ветра только усугубила бы нестабильность Мертвого огня.

— Каким образом? — О взаимодействии магии стихий я ровным счетом ничего не знала, так что сути проблемы до сих пор не видела.

— Источник Медной горы — один из сильнейших, но в тоже время и самый нестабильный, — начал объяснять Наволод. — Чем больше его используешь, тем сильнее разгорается пламя, проявляет характер и рвется на волю. Сдержать его очень сложно, зато можно уравновесить и приструнить водой. А вот ветер, которым владеет Финист, лишь раздует огонь, придаст мощи, и тот окончательно вырвется из-под контроля.

— Чтобы стать сильнее, за счет Мертвой или Живой воды. Угу.

Я по инерции кивнула, чувствуя, как от неловкости начинают пылать щеки. Теперь интерес Наволода к конкретным Источникам стал понятен, а сцена, которую я видела в зеркале, обрела окончательную ясность.