Марья-Царевна

— И вам, люди добрые, — ответила Хозяйка. — Давненько не заглядывал, Сокол. Все по поднебесью летаешь. Как там матушка твоя, царевна Лебедь?

— Да ну как же, Хозяйка. И семи лет еще не минуло, как бывал в ваших краях. А матушка живет не тужит, — ответил Финист.

А я изо всех сил старалась понять какую-то неправильность, которая меня слегка нервировала. И неправильность эта появлялась именно тогда, когда Хозяйка начинала говорить.

Голос у нее был глубокий, богатый. И… объемный, что ли? Казалось, я слышала его ото всюду сразу.

— Это Марья, Кощеева дочь. Моя суже… спутница, — быстренько поправившись, представил меня Наволод, и взгляд Хозяйки встретился с моим.

На одно неуловимое мгновение я ощутила себя маленькой-маленькой букашкой, которую с интересом рассматривают на ладони. И сразу же это ощущение пропало, и я, чуть ли не хватая от неожиданности ртом воздух словно рыба, отступила на пол шага. 

Ничего себе! И это от одного только взгляда меня так приплющило?!

— Рада видеть тебя, Марья Бессмертная, — сказала Хозяйка спокойно.

Я вопросительно посмотрела на Наволода, но тот поднял руки в шутливом жесте отрицания:

— Не я! Матушка моя сама всю землю слышать может.

Ага. Спасибо, объяснил. Вот сейчас все сразу понятно и стало.

— Рада познакомиться, Хозяйка, — произнесла я. — Наволод много рассказывал…

— Не рассказывал! — тут же перебил меня этот, этот… — Ни времени подходящего не находилось, ни обстоятельств.

— …много рассказывал про свой Источник, а вот о том, что землю можно, оказывается, слушать, и не упоминал вовсе, — мстительно вывернулась я.

Хозяйка одобрительно кивнула, перевела взгляд на Наволода и взмахом руки пригласила следовать за собой:

— Вот за трапезой и пообщаемся получше, — сказала она. — И о беде, что пришла, откуда не ждали, поговорить надобно.

Мы проследовали за Хозяйкой к выходу из зала, но едва переступили порог и оказались в сумеречном, просторном, отделанным малахитом коридоре, как та взяла и растворилась в воздухе.

— Не поняла? — Я недоуменно моргнула. — Мы вроде обедать шли…

— И пообедаем, — заверил Наволод. — Дело в том, Марья, что матушка моя не совсем человек, так сказать. А даже и вовсе наоборот. Не человек вовсе. И иногда ей не просто полностью… — он запнулся, подбирая подходящее слово, — не просто полностью уподобиться нашему виду.

— Это как? — не поняла я.