Марья-Царевна

Так что берем печево, не отказываемся, но ни крошки в рот, поняла?

Я кивнула, и мы вышли на небольшую поляну.

Печка была… печкой. Такой большой, когда-то тщательно выбеленной, с удобным лежаком и широким зевом темного горнила, закрытого неплотной заслонкой.

— А и кто там в гости пожаловал? Путник аль зверь лесной? 

Неожиданно раздавшийся голос заставил меня вздрогнуть и остановиться, но Финист уверенным шагом приблизился и почтительно поклонился.

— Путники, матушка-Печь. Идем по собственной надобности, да уж больно путь далек.

— Так за чем дело стало? — ответила Печь. — Отдохните, люди добрые, да пирожков моих отведайте, али печенья. Горячие, с пылу, с жару. Хошь, с рыбой, хошь с луком да яйцом, ну а коль желание будет, так и с вареньем справлю.

Я невольно сглотнула, так как пирожков захотелось неимоверно. Но помня наказ Финиста, промолчала. 

— Ох, и благодарствую, матушка-Печь, — снова поклонился Финист. — Да не голодны мы сейчас.

Тотчас перед горнилом прямо из воздуха появился большой противень, и чего на мем только не было! И пирожки, и ватрушки, и печенье сахарное! Одуряющий запах горячей выпечки ударил в нос, и я шагнула вперед.

— Ну уважила, матушка, ну и мастерица! — восхищенно произнес Финист, осторожно взяв несколько пирожков и опуская их в свою дорожную сумку. Да и я, поддержав его, с трудом, но запихнула пару печенюшек в кошель.

— Это в каком же, мил человек? — осведомилась Печь.

— А не пустишь ли нас на Тропу тайную? Слышал я, что можешь ты сотворить подобное.

Печка хмыкнула, но ничего не сказала. Молчание стало затягиваться.

— Уважаемая Печь, нам очень надо, — попросила и я.

— А попробуй, дева, спервоначалу пирожков моих, — вновь предложила Печь.

Но я твердо решила устоять перед вкусным искушением и вежливо отказалась:

— Обязательно.

— Отведайте. Уважьте чужой труд, — продолжала увещевания Печь и пригрозила: — Голодными на Тропу не пущу!

Вот дотошная, а!

Мысленно ругнувшись, я напомнила:

— Но мы не голодны…

— Вот и подождем, пока проголодаетесь! — отрезала та. 

И только я собралась вновь начать уговоры, как…

— Стоя-ать! — громогласно донеслось с небес. — Вы! Оба!

Тотчас вскинув голову, я в панике увидела быстро приближающуюся точку.