Серая Дружина-4: Источник пустого мира

– Ты не стал возобновлять обезболивающее?

         Веслав оторвался от неизменного лабораторного стола. Мерное «кап-кап-кап» из перегонного куба действовало на нервы.

– Ни к чему. Он уже не чувствует боли.

         Даже самые большие оптимисты не расценили бы это как надежду на выздоровление.

         Дружина не спала. Мне неизвестно было, где сейчас остальные, но никто не лег отдыхать после бессонной ночи – тут я была уверена. Я и сама-то забрела к Веславу потому, что не могла уснуть, а все другие поразбежались.

– Почему так вышло с Ыгх?

– Спроси у Ыгх.

– Я пыталась, но она драпанула от меня с такой скоростью… причем я даже не в курсе, во что она превратилась на этот раз: ты когда-нибудь видел крылатую жабу? Да еще оранжевую.

 Гэллоки, обитают на болотах в паре миров…

– И ты об этом читал.

         Алхимик кивнул и принялся брякать всеми банками-железками подряд, поглядывая в мою сторону очень выразительно.

– Так ты не знаешь, что случилось?

– Случилось то, что она не смогла забрать у Тео ни капли энергии! – вспыхнул алхимик. – Ты видела это не хуже меня!

         Кстати, хуже, потому что он все время меня обнимал. Но упоминать об этом сейчас мне хотелось меньше всего, поэтому я осталась на прежней теме:

– Ты говорил, что Тео – энергетический донор, может только отдавать…

         Веслав застыл с пробиркой в руке, закатил глаза, выдохнул и процедил сквозь зубы:

– Есть то, что нельзя отдать никому.

         Конкретика – прямо залюбуешься. В духе Бо, а не в алхимическом, но что-то мне подсказало, что другого ответа у Веслава нет. А если и есть – алхимик не собирается им делиться.

– И… что случится, если он умрет?

         Я не стала произносить это проклятое «когда» – все врачи повстанцев и без того без конца носились с этим словом. Весл повозился с минутку у перегонного аппарата, что-то пробормотал и дал неожиданный ответ:

– Лично мне было бы гораздо тревожнее, если бы он выжил.

         Я не шелохнулась, но молчание получилось уж совсем некрасивым.