Отсюда туда

Николай подлетел на полметра над землей, его крик вплелся в выбиваемую Лизипамой композицию как бравурная, но в то же время изящная кода.

Держась за пострадавшее место Николай сердито посмотрел на музыканта-исследователя. Тот наконец-то улыбнулся.

- Тут, – он беспардонно ткнул палочкой чуть повыше места, которое потирал Николай. – Однако же, как она спрятана! Необыкновенно остроумное решение! Туда еще столько же можно положить – и все равно ничего заметно не будет!

- Не надо ничего туда класть, – мрачно сказал Николай.

Лизипама улыбнулся.

- Вы, верно, шутите? Такое количество мимоаги в такой концентрации разворотит начисто всю округу! Где же вы столько ее набрали?

- Везде помаленьку, – мрачно ответил Николай. Очередные его надежды оказались на грани превращения в щепки.

Лизипама проницательно посмотрел на Николая, потом на Бубаса.

- В последние несколько дней замок Термобурдт переживает нелегкие дни, – задумчиво сказал он. – Его целостность и прочность значительно снизились.

- Он еще из одежды своей всю мимоагу вытянул, – плаксивым голосом вступил Памапама. – А мне врал на допросах, что не знает.

- Я не врал, – обиделся Николай. – Я и сам этого не знал. И сейчас не знаю.

Памапама всем своим видом выражал крайнее недоверие к его словам.

- Если бы вы не чувствовали себя виновным, вы бы не сбежали, – заявил он.

- А как мне было надо поступать, если вы собирались меня расчленить?

- Чего вы так боитесь расчленения? – пробормотал Памапама и почесался. Николай обратил внимание на его расцарапанную правую руку.

- Кто это вас?

- Да так, случайно – второй дознаватель попытался прикрыться, но только выставил на всеобщее обозрение второй рукав, который зубы брандодила превратили в лохмотья. Царапиной, уже покрасневшей и вздувшейся заинтересовался Лизипама.

- Это кто вас так? – строго спросил он.

- Не знаю, – слабым голосом сказал Памапама. – Что-то мне нехорошо, – вдруг заявил он и мешком осел на землю.

Лизипама быстро подскочил к нему и аккуратно уложил на спину, попутно распахнув ворот. Второй дознаватель часто и неглубоко дышал.

- Кто же это его? – озабоченно переспросил непонятно кого Лизипама.

Ответ пришел быстро. Молодой брандодил, расхрабрившийся после бегства первого противника, решил навести порядок на своей полянке и вылез из норы.