На девятом круге ада

   Но маленькие радости от этой жизни я всё же получала. Иногда социальные работники устраивали нам экскурсии по разным местам с достопримечательностями и музеями. В такие моменты я почти забывала о том, кем являюсь, мне казалось, что это обычная школьная поездка с классом. Нас каждый день отправляли в школу, как и полагается, но денег у детского дома не так много, чтобы оплатить поездки от класса каждому воспитаннику. Я видела, как работники детдома устало качали головами, поэтому я всегда отказывалась ездить куда-либо с классом, чтобы не доставлять другим проблем.

  В нашем детдоме были и такие ребята, чьё одиночество перерастало в итоге в пассивную агрессию. Именно поэтому в детстве меня много задирали и издевались, с каждым разом больше убеждая меня в собственной никчёмности.

- Посмотрите на эту замарашку, - говорила одна из лидеров «военных группировок». – От неё даже святой отец отказался бы. Она и правда одна большая ошибка, - и комната, где меня зажимали в угол, сотрясалась от нервных и злых смешков.

  В конце концов, когда мне исполнилось восемь, мне надоели их постоянные насмешки, и я научилась защищаться, потому что помощи ждать приходилось только от себя самой. Я смогла добиться личной независимости и избавиться от надоедливых прилипал. Для этого пришлось учиться самообороне и убеждать себя, что я вовсе не ничтожество, коим меня выставляют. Обретя хоть какую-то самооценку, я смогла давать достойные ответы на их оскорбления, тем самым став грозой всех хулиганов в округе.

  Были тут и дети избалованные излишним вниманием соц.педагогов и волонтёров. Наш детский дом неплохо обеспечивали несколько благотворительных фондов, поэтому денег на еду, сладости и игрушки хватало. Но и этого было мало. Хотелось чего-то дорогого, вроде «айфонов» или игровых приставок, а когда дети не получали желаемое начинались истерики. Хорошо, что я не отношусь к такому типу людей, которые привыкают жить за счёт других и думать, что все им кругом должны.

  Вот я вам сейчас такие страхи рассказываю, но ведь у меня и друзей немало было. Лучшей своей подругой я считала Лику. Лику Кравец. Она попала в детдом гораздо позже меня, лет в девять. Я знала, что её родители погибли в автокатастрофе, а сама Лика пережила длительную операцию. Врачи днями боролись за её жизнь. Когда только эта нелюдимая девочка попала в детдом, первое, что я услышала от неё, стала фраза «Лучше бы не спасали».