Кровавый песок

На фотографиях, которые она ему показывала, Седой вовсе не производил впечталение такого пижона. Несомненно, он одевался дорого, но гораздо менее кричаще.

– Ну ладно, – сказала Тамара, – считайте, уличили. – Да, это вещи моего любовника. Наверняка Гордеев вам сказал, что я хочу развестись из-за того, что люблю другого мужчину. Какой смысл скрывать?

– Действительно никакого. Он тут у вас, кажется, надолго обосновался, – скромно заметил Денис.

– Просто он немножко стиляга и всегда возит с собой целый ворох вещей.

Через два часа пообедав на скорую руку в «Русском бистро» и уже сидя у себя в «Глории» Денис набрал прямой номер начальника МУРа, который во всей Москве, кроме него знали еще несколько человек. Даже министр внутренних дел (если бы ему пришла в голову такая блажь) собственноручно дозванивался бы до Грязнова-старшего гораздо дольше. Немногим посвященным было хорошо известно: если уж Вячеслав Иванович снял трубку, значит говорить можно совершенно спокойно, не опасаясь посторонних ушей.

Со своей стороны и начальник МУРа знал: если уж ему звонят по этой секретной линии, значит дело действительно важное и срочное, например, кто-то из заслуженных муровских оперов нуждается в срочном подкреплении, или Денис хочет посоветоваться, или Сашка Турецкий зовет выпить пива в обеденный перерыв.

– Дядя Слава, как жизнь, хочу посоветоваться, – выпалил Денис.

– Бери зонтик, бери, – странным голосом проскрипел дядя.

– Какой еще зонтик?! – удивился Денис.

 – Причем тут зонтик?

– Какой есть, такой и бери. Сегодня будет дождь… Уф! Ну наконец-то, – заговорил нормальным тембром Грязнов-старший. – Мне тут, понимаешь, барометр хитрый подарили. Я его сейчас под столом устанавливал. Японский, мерзавец. Работает с учетом индивидуальных особенностей хозяина.

– Это как?

– Существует такая продвинутая гипотеза об индивидуальном прогнозе погоды, слыхал?

– Нет.

– Ну, не важно. Так что ты хотел?

– Информацию на одного человека.

– Ты же вроде руководишь сыскным агентством, – напомнил Вячеслав Иванович.

– Человек больно непростой, – вздохнул Денис. – То, что на него можно было собрать обычными средствами, в данном случае пролетает. Я вообще не могу понять, кто это такой.

– Фамилия?

– Георгий Седой.

На другом конце провода присвистнули. После некоторой паузы Вячеслав Иванович заметил:

– И ты не знаешь, кто это такой?! Ты с Луны свалился?

– С Тенерифе, – пробурчал Денис.