Пятый магистр

Но всему есть свои пределы, — наставительно произнес магистр. — Он не только предал наш орден, но и поднял руку не просто на невинного, а на паладина. Кстати, если бы не заклятье старой бабушки, да даст ей Свет здоровья — у меня, а точнее, у нас были неплохие шансы остаться в том безымянном трактире навсегда. Так что эльф знал, кто мы, и знал, что Бренден что-то раскопал, — Фаргред задумался, а потом добавил: — тем более этому недостойному эльфийскому выродку женщины были не интересны; по крайней мере, его никогда не видели с ними.

— Может, он дал обет? — рассеянно отозвался Рональд.

— Угу... и завтрак с ужином, — лорд Драуг хмыкнул.

— Стало быть, кто-то хотел нас убить... но зачем? Что мы такого сделали?

— Скорее всего — ничего. Проблема в том, что мы хотим сделать. О нашей старой дружбе с Бренденом многие знают, а тут некая таинственная личность узнает, что накануне отъезда он оставил для меня что-то... стало быть, за ним следили. — Фаргред почесал подбородок. — Что же старый друг такого нашел?

— И каков теперь наш план?

— Пока будем придерживаться старого, тем паче, что по западному тракту рыскает еще один отряд.

Думаю, мы что-нибудь сможем узнать в Соколином Пере, хотя не исключено, что нас там уже ждут.

— Но возвращаться нам точно нельзя!

— Верно. Стало быть — вперед и только вперед; кстати, сними-ка пока свой плащ и надень вот этот, — магистр протянул ученику обычный, слегка потрепанный плащ коричневого цвета.

— А почему вы спрятались именно в шкаф? — с интересом спросил Рональд, пряча свой золотой плащ в мешок.

— Ведь могли бы просто призвать броню и накрыться одеялом — доспехи веры не пробьет даже арбалетный болт!

— Из-под одеяла нельзя появиться столь же эффектно, как из шкафа, — как ни в чем не бывало отозвался Фаргред. — Кстати, ты ведь впервые убил человека?

— Да. — нехотя ответил Рональд.

— Как ощущения? — будничным тоном поинтересовался магистр.

— Никак. — Убийство человека и вправду не вызвало у юноши каких-либо чувств. Он знал, что если бы не убил он — убили бы его.

Но все равно юный паладин злился на себя — злился за то, что не испытывает тоски, жалости и даже той пустоты, про которую обычно пишут в книгах.

— Вот и замечательно, — лорд Драуг сказал это так, будто ученик только что подарил ему бочку вина.

— Замечательно?! Что в ЭТОМ замечательного?

— Я рад, что ты, мой ученик, не стал распускать сопли, стенать и всячески сожалеть о содеянном.

— Но я же убил человека! — Рональд растерялся еще больше.

— Ты защищался.