Пятый магистр

— Всем назад! — как можно громче отдал приказ Бренден, затем, выставив перед собой щит, он тихо произнес: — Светлый Ульв, закрой невинных щитом своим... — В тот же миг сломанный меч на щите вспыхнул, и волна яркого света встала перед магистром, отгородив его и солдат от орков. Брызгая слюной и сверкая красными глазами, те безуспешно пытались пробиться к людям, даже не пытаясь обойти преграду.

— Все назад! — еще раз крикнул Бренден, разворачивая коня и хватая под уздцы лошадь одного из паладинов, которого ранили копьем в плечо.

Тут же он заметил пытающегося встать человека, левая которого рука висела плетью, а по лицу текла кровь; поравнявшись с ним, магистр подхватил раненого и перекинул его через седло, впереди себя.

Люди не успели далеко отъехать, когда из-за деревьев с пронзительным свистом вылетели четыре темных сгустка, похожих на стаю летучих мышей. С шипением они врезались в сияющую преграду, и та пошла трещинами. В то же время заклинания волшебника из крепости неожиданно прервались.

Бренден закусил губу. Кто бы знал, что вместе с орками тут будут опытные чернокнижники. Ни один из шаманов не способен был разбить воздвигнутую им преграду. Стена света лопнула и гаснущими осколками рассыпалась по земле, орки, издав торжествующий вой, бросились вперед.

«Не успеем», — подумал магистр, — «вместе с ранеными я не успею».

Он как можно ближе подъехал к лошади, везущей раненого паладина и положил руку на его рану. Лечение требовало много сил и времени, но времени как раз не было.

Поэтому магистр сделал то единственное, что мог: он закрыл глаза и обратился к Свету. Рана на плече молодого паладина стала стремительно затягиваться в то же время появлялась у магистра. Юноша открыл глаза и с удивлением уставился на то место, где только что была опасная рана, потом поднял взгляд на скачущего рядом наставника.

— Спаси его, Леон и спасись сам — это приказ! — Бренден помог паладину пересадить раненого со своего коня. — Чернокнижникам нельзя позволить приблизиться, иначе крепость обречена: один волшебник не справится с четверкой колдунов.

Раненый паладин обернулся и поняв, что происходит, еще раз взглянул на магистра. Он бы, не задумываясь, ослушался приказа и с радостью умер, сражаясь с магистром бок о бок. Но не теперь, когда ему вверили еще одну жизнь помимо своей.

— Сражаться с вами было честью для меня, мой лорд. — Леон ударил лошадь шпорами и помчался к воротам, которые уже начали закрываться.