Невыносимые. За порогом и дальше

Удобные уступы закончились, дальше шла тропа, протоптанная в траве и желтой пыли, на ней во множестве валялись мелкие камешки, и ноги по ним то и дело скользили. Солнце щипало нос, щеки, уши, в его свете веснушки на носу и щеках Алеры казались особенно яркими. Во рту пересохло – никто не догадался взять воды.

Элай подождал Алеру, и они пошли рядом, шагая по густой траве, потому что ширины тропинки на двоих не хватало. Из-под ног то и дело выпрыгивали кузнечики.

– Видишь, как удачно, – вполголоса сказал эльф, – Тахара можно не спрашивать, что тут с нами всеми происходит, он без дурных вопросов все объяснил.

– Ой, вот не говорите, что сами об этом не думали, – Тахар обернулся, и у друзей сделался такой виноватый вид, словно это они подслушивали. – Какого демона нам еще надо, в самом деле? Ни одной ворчухи вокруг, есть где жить, что есть и чем заняться…

– И вечное лето, как ты ни брыкайся, – с ухмылкой добавил Элай.

Он улыбался, но глаза его оставались серьезными, смотрели пытливо, и Алера ничего не могла ответить и, что самое смешное, возразить Тахару тоже не могла и не могла сказать, что «сбыча мечт» ей не по душе.

Тот вскользь глянул на Элая, шевельнул бровями, как бы говоря: «Ну? Ты видишь?», а потом снова пошел впереди, и очень долго все трое просто шагали в гору, не разговаривая, не поднимая глаз друг на друга.

Алера запоздало вспомнила про Орима и Анаэн, упоминанием о которых можно было закрыться от взглядов и вопросов, но она не смогла, не успела закрыться, и вопросы эти продолжали висеть над ней, требовать ответов, щекотать своим дыханием щеки, тревожить до мурашек на спине. Хотя главным образом дело было, конечно, не в них, а… в окончательности. Пугала она, окончательность – и такая, какую предлагали приличные ортайцы, и такая, о которой говорил совершенно неприличный, оказывается, Тахар.

Но ведь осуществленная мечта, кажется, будет очень даже неплоха! К тому же, если родители Тахара и правда где-то здесь, то у него будет ничуть не меньше причин остаться, чем у нее и Элая – вернуться. А они не могут быть раздельно, они должны быть только вместе, все трое, и, значит…

Алера замотала головой.