Невыносимые. За порогом и дальше

– А кому больше?

Кролык пожевал губу:

– Тут понимаешь, какое дело: Фрадгена поддерживают больше, но Зогду – громче. Кашунак у них стал чем-то вроде одеяла, который каждый тянет на себя, пока что Фрадген перетягивает, но Зогда все крепчает, потому как недовольных тут хватает, и он их настропаляет настырно так, со знанием дела. Фрадгену бы стоило его прирезать год назад, вот чего, но он не прирезал, так что теперь им приходится биться всерьез.

Спорщики давно пропали из поля зрения, Кашунак снова выглядел как обычно: ходили туда-сюда магоны с корзинами с рыбацкими снастями, бегали дети, бродили козлята, ничто не говорило о каких-то там противостояниях и расхождении во мнениях.

А этот зуд под лопатками, говорящий о том, что из леса за деревней наблюдает нечто невидимое, стал уже почти привычным.

– Не замечаю я здесь никаких бурлений, – поделилась Алера. – Посмотришь со стороны – все делом заняты, никто на споры-свары времени не тратит. Есть, конечно, странненькие магоны, но…

– А вы поживите тут с месяцок хотя бы, – успокоил кузнец, – на все насмотритесь: и на свары, и на драки, и на отрубленные бошки, если повезет, и на высушенные тушки.

– Высушенные… что?

– Ничего, – Кролык уставился в землю. – У Зогды сторонников хватает, будь спокойна, и правда за ним тоже есть, не только за Фрадгеном.

– А я спокойна, – соврала Алера. – Да и тебя все это, кажется, не тревожит.

– Какой смысл тревожиться? – Кролык поднялся, вразвалку пошел к полкам, где валялись мешочки с «секретными» травами.

Чем-то зловещим дохнуло от этих слов, и Алера подумала, что «отрубленные бошки и высушенные тушки» как-то связаны с этой зловещестью, но спросить не сумела: язык будто прилип к зубам. Силой вещей.

– Кроме того, – продолжал кузнец, – мне даже чуток нравится их противостояние, ты понимаешь, оно держит Фрадгена в памяти, не позволяет ему отпустить вожжи, забыться. А Зогда – ну, ему тоже приходится не просто выть из своей избушки, а применять башку по назначению и хорошенько обмысливать все, что он хочет бросить Фрадгену в лицо.

– Значит, это противостояние делает их лучше, – недоверчиво заключила Алера.

– Конечно, – важно подтвердил Кролык.