Невыносимые. За порогом и дальше

А вот друзей не видно. Наверное, потому что… Потому что нужно спускаться, пока зелье еще действует!

Оказывается, решиться на подъем было куда легче: одно дело – подпрыгнуть, другое – сигануть с горы лицом вниз, не зная, действует еще зелье или нет. Но травяной вкус еще явственно ощущался под языком – наверное, это добрый знак, подумала Алера и, не давая себе времени на размышления, нырнула. Понимала, что еще вздох промедления – и она не отважится пошевелиться, останется на вершине навсегда.

– А-а-а-а!

Сам спуск получился, наверное, не таким жутким как подъём: очень воодушевляло, что на тебя несется земля, и мимо нее точно не промахнуться.

Когда уже можно было разглядеть отдельные кусты и даже ягоды на них, Алера распласталась в воздухе, вытянула ладони, отчего падение замедлилось, и приземлилась кувырком, как учил когда-то Орим. Божиня знает, почему именно в сей вздох Алере вспомнились те бесконечные кувырки друг через дружку на дедовой учебной площадке – как видно, тело что-то решило без участия головы, во всяком случае, приземление получилось мягким.

Алера вскочила на ноги, выхватила из ножен клинки и замерла, одними глазами проглядела местность: склон холма с неизвестными растениями: кусты – не кусты, деревья – не деревья. Листья у них полосатые и мясистые.

– Ну и где они? – удивилась Алера, вернула клинки в ножны, еще раз огляделась и медленно пошла вверх по склону. В траве виднелась диковинная ползучая ромашка, из-под ног прыгали кузнечики, и вообще было жарко, словно лето только раззадорилось, а не давно уже должно было убраться восвояси. – Таха-ар? Эла-ай?!

Щебечущие вдалеке птицы умолкли.

– И зачем я ору? – спросила себя Алера.

Однако никто не появлялся, ничего не происходило.

– Отлично, – слегка дрожащим голосом заявила Алера. – Я осталась совершенно одна в незнакомом месте, полном… Кем полном?

Радостно гудели пчелы. Припекало солнце.

– Не могли же они уйти без меня? – бормотала она, отирая рукавом лоб.