Приключения Василисы, или Как Царевна-лягушка за счастьем ходила

Конечно, Лисса на него обиделась, за то, что в прошлый раз выставил полной дурой перед дружиной, заставляя объяснять, что светофор не волшебный посох могучего чародея, повелевающего безлошадными каретами, а обыкновенный механизм, который при желании и необходимом умении соберет каждый школьник.

— Василиса, ты пойми, не мог я сразу тебе признаться, что давно знаком с твоим миром.

Она молча отвернулась, не желая ничего слушать. Он унес ее от лагеря к ручью, настояв на том, что им нужно поговорить. Вот и поговорили — чуть не рассорились.

— Да пойми же ты. Не надо подданным знать, что я путешествую по другим мирам. Наследник должен быть прост и понятен каждому крестьянину из самой глухой деревни, а не вызывать сомнения в здравости своего ума.

Вообще-то он прав, такие заскоки для наследника и будущего царя, на которого с надеждой смотрит каждый потенциальный подданный, — верный путь к смуте. Но все равно прощать Ивана так просто Лисса не собиралась. Не потому что злопамятная, как раз напротив, этого за ней не водилось.

— Вась?

— Не зови меня так! — Лисса спрыгнула с его ладони и отпрыгнула на полметра, чтобы видеть царевича, не выворачивая при этом собственную шею. — Хватит мне одного сокращенного имени, — и уже тише добавила. — Ненавижу клички, тем более мужские.

Иван сидел на траве, опершись руками на согнутые колени, и жевал травинку, вертя ее в пальцах.

— А Лиссой тебя звать можно?

— Можно.

Она тряхнула папоротник, и ледяные капли росы душем обрушились на иссушенную кожу, вызывая неимоверно приятные ощущения. Все-таки лягушка — земноводное, и с этим придется считаться, пока на ней зеленая шкурка. Лисса скосила глаза на бегущий по камушкам ручей. Не глубоко и течение не сильное, не унесет. Да и в случае чего за папоротник можно зацепиться, так что попробовать стоит, а то уж больно хочется.

— Ты что задумала? — Ваня выплюнул травинку, удивленно глядя, как она примеряется для прыжка.

— Й-и-и-ха! — Лисса прыгнула в ручей, окатив брызгами царевича. — Красота!

Иван улыбнулся, наблюдая за ее купанием. В отличие от прочих знакомств с ручьями, в этот раз Лиссе в нем нравилось. Холод почти не чувствовался. И можно было уйти на самое дно и наблюдать, как между камней перекатываются песчинки, мимо плывут листья, а за ними какие-то личинки.