Приключения Василисы, или Как Царевна-лягушка за счастьем ходила

На пути встала еще одна стена, слишком высокая, чтобы перелезть через нее. Славий покрутил головой по сторонам в поисках дерева, которое можно использовать вместо шеста, и, не найдя такого, расстроился.

— Придется обходить.

— Поздно.

Ее заячьи уши уловили нарастающий шум бегущей в их сторону толпы. Спустя мгновение его услышал и Славий. Воевода попытался спрятать ее за своей спиной, но что толку? Вооруженные копьями стражники окружили нарушителей порядка. Вперед вышел высокий мужчина в парадном доспехе.

— В темницу их.

Лисса вцепилась в руку парня как когда-то на болоте, когда от этого зависела ее жизнь. Кажется, ситуация повторяется, только в этот раз им угрожают не упыри, а бледные до синевы жители странного города.

— Смотри, — Славий толкнул ее в бок, взглядом указав наверх.

Лисса задрала голову и ахнула. Вместо неба над головой колыхалась вода, сквозь толщу которой просвечивало тусклое солнце.

— Почему нас не затопило? — полюбопытствовала она.

— На допросе говорить будешь, а сейчас нечего болтать, — прикрикнул на нее стражник и толкнул в спину древком копья.

Лисса благоразумно замолчала и теснее прижалась к воеводе. Славий обнял ее за плечи и не отпустил, когда их ввели в относительно неглубокое подземелье и хотели посадить в разные камеры.

— Если посадите нас вместе, обещаем вести себя достойно.

— Не положено, — стражник дернул его руку, чтобы добраться до Лиссы.

Славий не двинулся с места и стоял, как скала, так что все усилия охранника были напрасны.

— Даю слово, что не попытаемся бежать, — попытался воевода убедить стражника, когда тот совсем выбился из сил.

— Ну и бес с вами, — охранник отступил. Мыслимо ли, чтобы он, взрослый мужчина, не мог сдвинуть с места заключенного? Что о нем подумают подчиненные? Чтобы окончательно не потерять лицо, начальник стражи махнул рукой, разрешая посадить их вместе.

Перед ними открыли толстую дубовую дверь, с двух сторон обитую железом. Славий втолкнул Лиссу внутрь темницы и шагнул следом. Лязг запираемого засова особо резанул по ушам и натянутым до предела нервам. И когда наступила тишина, девушка сползла по стенке, уткнувшись лицом в колени. Воевода присел рядом, минуту посидел, положив ладонь ей на плечо, и поняв, что она не собирается устраивать истерик, встал и пошел обследовать камеру.